Безбашенная

Народ, постанывая от удовольствия, уже доедает торт.

— Мы подумали, — оправдывается Ожников, забирая последний кусок. — Ты — не хочешь, Андреич — не будет…

— Ну и правильно! — улыбаюсь я. — Вкусно??

— Ммм… — хоровой стон удовольствия практически полностью реанимирует меня.

ГЛАВА 32 — ОТПУСТИТЬ ТОРМОЗА (ЧАСТЬ 8).

Сегодня мы с Крис заявились в клуб раньше всех и нахально обнимаемся, расположившись на диване. Крис поцеживает мартини, и я изредка целую её мокрые губки, слизывая с них сладковатый терпкий вкус. Мои пальчики скользят по её коленке. Я рассказываю ей про своих котят.

— Ооо… Где ты берёшь таких сладких?

— Воспитываю.

— Может, поделишься с любимой? Я так-то тебе самого ценного персонажа пожертвовала.

— Да не вопрос, любимая! Договорись с Демченко, что он не сходит с ума по этому поводу, и я тут же подтяну мальчиков. Поиграемся…

— Может, как-нибудь так? Не будем его нежную психику тревожить? — зажмуривается она.

— Нет. Тогда без меня.

Не могу и не хочу врать Демченко и мутить что-то у него за спиной. Никакого удовольствия от процесса я не получаю. Раньше в моменты их ссор это не парило меня так сильно. Потому что Демченко очень убедительно выглядел, отказываясь от Крис первым. Но как только я поняла, что это просто формат, и, уходя, он не ставит на самом деле точку, продолжая чувствовать её своей…

Крис всё время пытается убедить меня, что психологические пределы чужого саба — это не мои проблемы. Но… Я чувствую так, как чувствую, и ничего не могу с этим поделать. Демченко тоже частично мой. Я его ЧУВСТВУЮ. Мне не вкусны его срывы. Я ощущаю себя обязанной его налаживать, если он ломается. Поэтому никаких «подпольных» развлечений, которые вынесут Демченко, с моим участием. И, слава Богу, наши игры с Крис его не выносят. Впиваюсь в её пухлые губки.

— Поехали ко мне сегодня, — поставив бокал на столик, Крис обвивает руками мою талию. — Я соскучилась по тебе.

Её губы скользят по моей щеке и утыкаются в ушко. Меня передёргивает от остроты ощущений.

— Можно Демченко поразвращать… Он всё равно сбежит в результате, а мы вдвоём оторвёмся.

План хорош! Поразвращать Демченко — это вкусно.

— … а можно Аронова…

Отстраняюсь, разглядывая её красивое лицо с мечтательно блуждающими глазами. Красивая… Дрянная, страстная, преданная, открытая, неверная, противоречивая и целостная — МОЯ! Крис вся моя насквозь. Мне не хочется ни корректировать, ни отрицать ничего в ней. Есть целиком, как приготовлено природой.

— Какая же ты… — утыкаюсь своим носиком в её, — … умопомрачительно великолепная!

Крис улыбается, закрывая глаза.

— Люби меня! Ну их, этих мужиков.

— Обещаю любить тебя вечно!"

"Ей легко и гармонично говорить о любви, потому что я чувствую от неё к себе примерно то же, что испытываю сама.