В тайге ночи тёмные

И как бы сейчас хотелось пойти в магазин, накупить побольше подарков Пашке, Лизе — ее любимые пионы, по крайней мере, раньше она их любила. Но нельзя, нельзя разрушать легенду. Правда, захочет ли Семен ему подыгрывать, тоже вопрос.

На место встречи приехал, как и обещал, ни минутой позже. А отец Лизы уже ждал его у входа на рынок.

Семен так и не купил ничего, все то время, что Соколов собирался, он просто сидел на лавке и думал о том, как быть дальше. Лизе нужна помощь, нужны деньги. Увы, за столько лет он ни недвижимости, ни накоплений не заимел. Вроде руки из того места растут, к спиртному никогда не прикладывался, работать всегда работал, но хорошо зарабатывать так и не начал, а после развода какой-то надлом случился, из-за чего бросил все и подался в егеря.

Настолько было паршиво. Дом достался от предыдущего егеря, тот ушел на пенсию, перебрался поближе к детям. За год Семен привел худую избу в порядок — утеплил, крышу перекрыл, отопление развел по всему дому, да много чего сделал. И до того понравилось жить в лесу, что решил остаться там насовсем. Только какой толк Лизе от его лесной избушки? Дом все равно казенный, это раз, находится за тридевять земель от цивилизации — это два, а денег на новое жилье нет. Получается, хреновый из него вышел отец-то. Так ничего и не смог добиться, и дочери оставить нечего.

— Спасибо, что дождались, — подошел к нему Евгений.

— Ох, какой, — сразу встрепенулся. — Прямо охотник.

В брюках цвета хаки, темно-зеленой куртке, из-под которой выглядывала серая горловина водолазки, и черных берцах Соколов выглядел так, что здешние девушки не могли пройти мимо, не оглянувшись на такого красавца.

— Ну, с братом повидался?

— Это хорошо.

А сейчас пойдем на базар, как раз поможешь мне.

— Вот, возьмите, — достал из кармана сто тысяч.

— Ты там ставки что ли делал? — усмехнулся. — Раз моя десятка за два часа успела превратиться в сотню. Нет, нет, Евгений Федорович, мне столько не нужно, — и забрал из пачки свои десять тысяч.

— Вы на меня потратились, пока держали у себя. Да и спину сорвали. Я еще потом вам на карту переведу сумму в знак извинений и благодарности. А это так, на расходы.

— Уж если на то пошло, ты эти деньги для Лизы с Пашкой прибереги.

Им нужнее. А мне лучше ответь на вопрос, когда собираешься признаваться ей? Она же не глупая, скоро и сама догадается.

— Не знаю. Нужен момент какой-то подходящий. И прошу вас, не рассказывайте ей, когда вернемся. Я сам… расскажу.

— Только не тяни. Если она вперёд поймет, тебе будет хана. Зуб даю. А сейчас пошли, надо затариться как следует. Лиза мне тут вон какой список настрочила, — достал из кармана тетрадный лист, исписанный с двух сторон. — Держи, — сунул ему в руку, — приобщайся к семейной жизни.