4
0
Если бы Катя немного отпустила себя, позволила чуть-чуть расслабиться, она бы обратила внимание, как с ней разговаривает генерал. Мягко, как с ребенком. Даже нежно. В его голосе не слышалось командных ноток. Их не было.
Лишь в сознании Кати они существовали.
Дверь открылась так же беззвучно.
Катя переступила порог, и ей невольно вспомнилось, как она входила в камеру к Ковалю. Уже тогда она знала, что к прошлому возврата не будет. Как и сейчас."
"А вот в спальне Катя позволила себе оглядеться. Тоже большого размера, с двумя дверьми. Одна из них вела в ванную, вторая – в гардеробную или это смежная комната? Скоро узнает.
Кровать в центре. Из серой кожи. Надо же, под цвет генеральских глаз. Большое зеркало, трюмо, подходящий под общий интерьер диван у стены. Несколько напольных ваз причудливых форм.
На полу – паркет.
– Пошли в ванную.
Не иди, а пошли.
Катя резко остановилась, словно наткнулась на каменную стену. Коваль сделал шаг вперед, но и ему пришлось остановиться. Её легкое бунтарство он встретил нахмуренными бровями.
– Что-то не так, Катя?
Всё не так, товарищ генерал! Всё!
Катя мгновенно подавила в себе нарастающую панику. Так дело не пойдет.
– В ванную мы пойдем вместе? – уточнила она, облизнув мгновенно пересохшие губы.
Зря. Потому что взгляд, который он опустил на её губы, был красноречивее всяких слов. Кате сразу же захотелось закричать, что у них договор, что он сказал, что не будет её трогать, пока не закончится лечение… Кстати, про трогать он как раз и не говорил.
Он стоял слишком близко. И держал её крепко.
– Вместе.
– Зачем? Я могу помыться…
– Катя, – оборвал её речь одним словом. – Мы идем в ванную. Вместе. За тобой оставляю – или душевая, или джакузи? Решай.
И потянул на себя. Катя как-то неудобно шагнула, споткнулась, запутавшись в своих же ногах.
Чтобы сразу оказаться в чужих руках. Крепких, которые ни на секунду не медлили, чтобы подхватить её и прижать к себе. Не просто удержать.
Коваль намеренно искушающе неторопливо подтянул Катю к себе, прижав к телу. Плотно. Всю. Его тело мгновенно стало центром Вселенной, на которой идет полная концентрация. Катины глаза оказались на уровне его груди. Майка-борцовка позволяла не только ощутить крепость его мышц и жар кожи, но и увидеть очертания мускул, а также жесткие волоски, которыми была покрыта грудная клетка. Они даже немного защекотали кожу плеча Кати, когда та мазнула им по коже генерала.
– Ну что же ты какая неосторожная… Или пугливая, ещё никак не пойму, – голос Коваля изменился. В нем появилась опасная хрипотца, от которой закружилась голова Кати. Заставила все инстинкты и рецепторы обостриться.
– И пугливая. И неосторожная, – ответила девушка, мысленно пнув себя.
