4
0Просто хочу и все… Прямо сейчас и неважно где. И от понимания того, что скоро потеряю ее, желание усиливается во сто крат. Хочу нажраться ей… Взять больше, чем смогу унести, брать ее, пока не станет тошно… Если, конечно, такое случится.
– Просто хочу тебя расслабить, – отвечаю хрипло.
И расслабиться самому… Я на ощупь отыскиваю тяжелый обеденный стол, накрываю его курткой и сажаю Кару. Отыскиваю губы и впиваюсь в ее рот, как вампир. Голова кружится от желания, перед глазами расплываются радужные круги, а член больно упирается в молнию джинсов. Еще немного, чуть-чуть, секунда и она станет моей. Пальцы дрожат от нетерпения, сердце тарахтит в груди, как старый ржавый мотор. Приспускаю джинсы, продолжая ласкать ее – нежно, грубо, остервенело, словно выплескивая накопившееся в душе дерьмо.
– Давай, моя девочка. Вот так, – сиплю, когда она отпускает себя, ослабев в моих руках.
Но мой феерический триумф прерывает чужое вмешательство. В прихожей слышится собачий лай и голос охотника:
– Кто здесь? Бобик, ну-ка проверь!
– Глеб, я ведь говорила, – пищит Каролина, заправляя футболку в джинсы. – Что теперь делать?
– Простите, мы заблудились! – кричу, разочарованно застегивая джинсы. – Идем, Каролина. Не бойся.
Оборачиваюсь, чуть не столкнувшись с охотником. Высоченный мужик с бородой-лопатой выглядит устрашающе. Но куда страшнее сморится его псина – огромная, с головой, как у медведя и красными глазами.
– Глеб, я боюсь… Он нас сейчас сожрет.
– Тише, тише… Мы уже уходим, – поднимаю руки в примирительном жесте. – Извините нас, что ворвались без приглашения.
– Никуда вы не пойдете, пока я дом не осмотрю, – хмурится мужик.
Каролина мгновенно сникает. Втягивает голову в плечи и бледнеет. Ее подбородок дрожит от страха, из глаз исчезает блеск. Вот тебе и расслабил, называется…
– Пожалуйста, отпустите нас. У меня маленькая дочка, она с няней на берегу. Мне просто… Мне стало плохо. От жары. Мы ничего не взяли, – бормочет она.
– Каролина, да чего ты оправдываешься? Мы не воры. Идем, – хватаю ее за руку, собираясь пройти, но огромный пес скалится и грозно рычит, заставляя замереть на месте. – Уберите пса, не то я…
– Что ты сделаешь, а? – хмыкает охотник, поправляя висящее на плече ружье.
– Мужик, отпусти по-хорошему. Мы ничего не трогали. Проверь – твое барахло на месте.
Он скользит взглядом по стенам дома, задерживается на полках, столе, посуде, а потом останавливает его на Каролине. Смотрит на нее пристально и облизывает мерзкие толстые губы.
– Красивая баба. Может, поделишься?
– А не пошел бы ты! Пропусти, мразь. Или я не посмотрю, что у тебя собака – порву и ее, и тебя. Сначала ее. А ты будешь смотреть.
– Может, оставишь ее на пять минут? Я быстро… Ко мне тут редко кто захаживает, я…
– Сука! Ты меня достал.
