7
0Она мчалась по лестнице вниз, к служебному выходу, на ступеньках обгоняя коллег и не обращая внимание на злое и сказанное кем-то сквозь зубы: «Трахаться поскакала!» – она давно уже научилась пропускать подобное мимо ушей. Собственно, разве это не правда?
«Доскачется!» - с гоготом объявили в ответ женским голосом, на что остальные отозвались мерзким смехом. Смеха она уже не слышала, как не слышала и того, что Артурчик велел острякам закрыть пасть.
В это самое время Стефания распахивала входную дверь и вылетала на воздух, где было жарко, несмотря на вечерний час, и где тут же поймала взгляд Андрея – спокойный и мягкий. В котором можно было утонуть, потому что не хотелось прикладывать никаких усилий, чтобы выгрести на берег.
- Мне понравилось, - сообщил он вместо приветствия.
- Точно-точно? – умело подражая его интонациям и выражению лица, приподняла она бровь.
- Кровью где подписаться? – рассмеялся Малич и притянул ее за плечи к себе.
- Я тебе вампир? Или ведьма?
За ее спиной в этом мгновение сновали люди, которые и правда считали Стефанию Адамову нечистой силой. Ну и пусть. Они сейчас разбредутся – кто в гостишку спать, кто в ресторан – лакать горькую, кто по городу шляться. А она только и могла, что глупо улыбаться, потому что, черт подери, никто никогда не приезжал к ней посреди гастролей в какую-то абсолютную дыру просто из-за того, что захотел увидеть.
- Ведьма, - очень серьезно сказал Андрей, глядя ей прямо в глаза. – Самая настоящая.
- А раз так, то поцелуй меня. Так я заберу себе твое сердце.
- А как заполучить твое?
- Как положено. Дракона победить. Ведьмы тоже хотят быть принцессами.
Интересоваться личностью дракона Андрей не стал, решительно оставив неведомую рептилию на потом. Сегодня куда важнее была женщина, льнувшая к нему и возродившая в нем давно забытые чувства. Эти чувства заставляли крепко сжимать ее в объятиях и страстно целовать, наплевав на то, что они сейчас находятся посреди улицы, возможно, на виду ее коллег, и где-то есть ее банкир, с которым неизвестно что и насколько ее связывает.
Впрочем, в эту минуту, очевидно, она о нем и не вспоминала. В эту минуту она принадлежала ему. Андрей это чувствовал в ее реакции на него, об этом говорил пыл, с которым она отвечала на каждый его жест. Этому доказательством служил едва различимый стон, заставивший вибрировать ее тело – вибрацию он ощущал слишком хорошо, чтобы не понимать. Она сосредоточена на нем. Она поглощена им. Она с трудом оторвалась от него только для того, чтобы, пылающим взглядом впиваясь в его глаза, не сказать – вытолкнуть из себя:
Эти ее слова заставили его, наконец, сдвинуться с места. Крепко ухватив ее ладонь, Андрей порывисто увлек Стешу к машине. Ему казалось, что они попали во временную петлю.
