The Мечты. Бес и ребро

Отложил телефон и заказал еще кофе.

Соседка в это время засуетилась. Поглядывая на часы, допила чай, сложила книгу в сумку и, накинув на плечи кружевную шаль, вышла. В окно Малич видел, как к театру потянулись желающие посмотреть спектакль, и скоро к ним присоединился и сам.

Уже потом, в темноте зала, он смотрел на сцену и думал, что Стефания, действительно, хорошая актриса. И Пат ей удается не хуже, чем Дейзи. Наверное, стоило бы озадачиться, не играет ли она роль и рядом с ним. Но, вопреки здравому смыслу, Андрею вспоминались Светкины слова о банкире. Не потому что его смущало существование этого самого банкира как такового. А потому что, если он действительно существует, значит, надо сделать так, чтобы его больше не было. Не на планете Земля, конечно, но в жизни Стефании Адамовой, ведущей актрисы Солнечногорской муздрамы. Эк тебя занесло, однако, Малич!

И там, где следовало переживать, он тихонько посмеивался себе под нос, как самый настоящий чурбан, не оценивший по достоинству творчество выдающегося немецкого писателя.

Ничего не подозревающая об открытиях и намерениях Андрея Малича Стеша этого, на свое счастье, не видела. Иначе точно решила бы, что ему не нравится. Но зная, что он в зале, играла сегодня так вдохновенно, как не играла уже очень давно, фактически не давая развернуться партнерам по сцене. Не очень профессионально, но ей было все равно. Все равно даже то, что на это обязательно обратит внимание Аркаша и по голове не погладит. Нет, она снова красовалась, только теперь во всю силу, лишь изредка поглядывая в ту часть зала, где предположительно находился Андрей, если администраторы не обманули и не перепутали. Только вот в темноте ничего не было видно, и ей оставалось лишь гадать, там он или нет. Интересно ему или нет. Нравится или нет. Она – нравится?

Позднее, когда Стефания носилась по гримерке, торопливо снимая грим, переодеваясь в свое, и пытаясь привести волосы в порядок, все выходило у нее не в пример менее тщательно, чем обычно. Потому что она ужасно спешила, и ей казалось, что каждую минуту, которую проводит здесь, в небольшом душном помещении, где околачивались и мужики, и бабы, потому как оно был единственным на всех и потому общим, вот эти самые минуты, каждую из них, она крадет у себя. И у Андрея. У них обоих. Как он тогда спросил? Всегда так долго?

Стефания улыбнулась своим мыслям и решила, что ей совсем голову снесло. Славноизвестное и хрестоматийное «тянет» в ее случае оказалось как-то слишком уж буквальным. Будто сильным магнитом: не образно, а вполне физически.

И притянуло.