Театр теней

Мало того, что грешник остался в живых, а значит, продолжит насмехаться над Господом Богом; то, что он выжил, — еще и болезненный удар по самолюбию Педанта. Он-то считал, что метко стреляет с такого расстояния. И все же Микки выстрелил, пуля достигла цели, и это попало в новости, об этом узнали люди в Миннесоте, Калифорнии, Вашингтоне и, может быть, даже в каком-нибудь Гонконге. На экранах был огороженный желтыми лентами пятачок, место преступления, и репортеры рассказывали миру, какими дьявольскими вещами занимался Дэвис Мур ради денег и что нападавший, очевидно, покушался на жизнь этого и подобных ему безбожников.

Получается, цель достигнута. Вряд ли сегодня все эти доктора, толкующие про «новые методы оплодотворения», все эти исследователи и даже производители лекарств заснут спокойно.

Тем временем по одному из восьми каналов новостей, которые принимала антенна этого дешевого мотеля, шла беседа с двумя экспертами: за и против клонирования. Микки сидел на краешке двуспальной кровати с миской у самого рта и прихлебывал кашу, которую только что сварил на плитке. Уродливая баба, защищавшая клонирование, разглагольствовала о праворадикальном движении и терроризме и о том, как эти фанатики даже ей недавно угрожали.

Это звучало как пустая жалкая попытка вызвать к себе сочувствие, но Микки-то знал, что она говорила правду: это он ей и угрожал, он выхватил ее имя, как и имена дюжины других, таких же, из телебеседы вроде той, что шла сейчас.

Этого педика, противника клонирования, Микки тоже видел не первый раз. Его часто приглашали на такие передачи в качестве оппонента, специально чтобы продемонстрировать, какие никчемные слабаки выступают против клонирования.

Его рыжая бородка прикрывала безвольный скошенный подбородок, он был отвратительно загримирован и все время потел. Он пожелал всего наилучшего семье доктора Мура, сказал, что его организация осуждает насилие, и высказал пожелание, чтобы полиция поскорее нашла преступников и привлекла их к ответственности за покушение. Как же Микки ненавидел этого гада: политика заботила его куда больше, чем вопросы морали. Сам Микки был не противник клонирования, а защитник Господа; он хотел доказать всему миру, как сильно воинство Господне. Он верил не в то, что у кого сила, тот и прав, а в то, что за кем правда, тот и силен. Всем этим ученым, феминисткам и прочим солдатам армии греха недостаточно будет поддержки Верховного суда и прессы, соучастников их преступлений, нет, этого не хватит, чтобы сломить праведных мира сего! У Микки была винтовка, воля и выданная самим Господом виза в любой конец мира, куда призовет Микки Его глас.

Фил и остальные сейчас уж точно сидят в их молельном доме, смотрят новости.