5
0Вот так и живем: попадаем с Риткиной нелегкой руки, потом ликвидируем, а потом хохочем часами до слез и икоты. Да у Риты вся жизнь – сплошной гротеск!
– А у тебя? – неожиданно спросил он.
Зинаида задумалась: как бы сформулировать…
А какая у нее жизнь?
Она не задумывалась раньше над таким, казалось бы, простым вопросом.
И надолго замолчала. Захар не торопил – тоже молчал.
И там, в полной темноте и тишине, обострившей все чувства, неожиданно для себя она осознала и поняла: какая у нее жизнь.
– Не поверишь! – веселым, но совсем тихим шепотом, поделилась с ним выводами она. – Радостно-свободная! Не в смысле полной свободы от всего. Для такой свободы надо на острове каком-нибудь жить, и то полно ограничений: и в передвижении, и в рационе, и в общении, да и в образе жизни. Я о другом, я – о свободе выбора решений. Всякая жизнь была, и трудная, и хорошая, но всегда – свободная. Наверное, меня этому невольно Ритка научила.
Когда она в семь лет сделала первый осознанный выбор, сев за парту с Риточкой, и почувствовала (нет, не поняла, она тогда еще не могла этого понять – маленькая была, а именно почувствовала), что ничьи мнения, навязываемые даже из самых благих намерений, не могут повлиять на ее решение – она стала свободной!
Но силу привычки и годами внушаемые «аксиомы» поведения не так-то легко перебороть. Порой, когда Зиночка по привычке старалась делать все правильно, как учили, «как положено», Ритка одним замечанием, каким-нибудь незначительным высказыванием или действием, сама не осознавая того, возвращала ее в это состояние свободы – свободы от мнения других.
У всех людей на земле, у каждого из нас, есть основная, главенствующая, жизненно насущная потребность – быть любимыми.
Быть любимыми всеми!
И каждый ищет для себя путь к этой недосягаемой любви.
Не будем брать крайности, когда люди готовы на любые жертвы: «Вот я какая: все стерплю, перенесу, ради вас – любите меня за это!» Или противоположность – палач, скажем, маньяк-убийца: «Я заставлю вас меня любить!»
Это все извращенные формы требования и ожидания любви.
По большей части, обыкновенные нормальные люди свое желание и потребность быть любимыми проявляют по-другому – изо всех сил стараются стать хорошими для всех, в той мере, в которой каждый индивидуум научен пониманию слова «хороший».
Мы так сильно стараемся соответствовать образу правильного во всех отношениях, идеального человека – образу, который придумал, закрепил и навязывает нам социум! Этот самый социум уж точно, до запятой, знает, как именно надо правильно жить, поступать, действовать, говорить.
