Не счесть числа писателям, поэтам, художникам, музыкантам, которым он начинал помогать. Эти деятели полагали, что получили вечную денежную кормушку. Но я никогда не переживала по поводу нахлебников, знала: скоро Валерий Николаевич охладеет к очередному нахлебнику.
Алевтина тихо кашлянула и продолжила:
– В разгар увлечения индийской культурой муж полетел в Дели, я его сопровождала. И присутствовала при разговоре с каким-то особо почитаемым йогом. Мне запретили даже звук издать, вопросами сыпал супруг. Жена сидела в углу молча, но прекрасно слышала речь переводчика.
Алевтина взмахнула рукой.
– Поймите, все происходит без вашего желания навредить человеку. Законы кармы работают сами по себе. Порой заряд слабейший. Но иногда он способен возбудить у другого смертельную болезнь! Порой тот, кто получил «шар», погибает в катастрофе, его убивает преступник. Муж поверил йогу. Мне же стало смешно, но не стоило спорить с супругом, сообщать: «Дорогой, ты вновь очаровался. Скоро пройдет». Я прикинулась испуганной. А Валерий Николаевич решил затеять охоту на ведьм, искать, ну кто в нашем доме, в офисе создает Захоронку Мрака.
– Умный, расчетливый, хладнокровный бизнесмен пошел на поводу у малознакомого ему индийца? – изумилась я.
– Уже объясняла: супруг на короткое время попадал под влияние разных людей, – напомнила Алевтина, – но наваждение быстро уходило. Пока мы летели из Дели в Москву, супруг очнулся и начал смеяться: «Захоронка Мрака! Пришлось сделать вид, что поверил деду. Не говорить же старику, что он дурак». Но я знала: супруг сначала принял все за чистую монету.
Зубарева скрестила руки на груди.
– Но прошло время… Внезапно умирает Валерий Николаевич, за ним Нина, Сергей, а сейчас Павел одной ногой в могиле.
Алевтина уткнулась головой в колени и прошептала:
– Ваш управляющий? – уточнила я.










