Дроу убивали дроу, люди убивали дроу и все вместе они резали, грызли и старались из последних сил дотянуться до псоглавых противников и их приспешников.
Несколько десятков худых длинноухих магов со следами ошейников на тонких выях собралось вокруг пятёрки биомехов и поддерживали магические щиты, отбивая не прекращающиеся атаки со стороны куполообразного здания. Непостижимо, длинноухие умудрялись координировать действия с мехами, работая с ними, как одно целое. Сцепившись в одну связку, те полосовали врагов лазерами и редкими залпами из плазмотронов. Судя по интенсивности боя, остальное вооружение давно исчерпало ограниченные запасы.
Над всей пятёркой возвышался мех с закопченным седьмым номером на горбу. Вот "Седьмой" поднял вверх руки-манипуляторы, на кончиках которых зажглись призрачные огни, дроу убрали щиты, в следующий миг в магический экран, закрывающий храм, впились десятки металлических жал, выпущенных бронеходами, и начинённых взрывчаткой напополам с убойной магией. Видимо экран держался из последних сил, потому, что последние ракеты ударили по зданию, оставив его без крыши.
Не выдержав нагрузки, щит лопнул, чем в полной мере воспользовался "Седьмой" и маги вокруг него. Ошеломлённые внезапной атакой, псоглавые защитники постройки не успели среагировать, превратившись в облака кровавых брызг, а стены обороняемого объекта покрылись многочисленными трещинами. "Седьмой", разорвав круг, вышел вперёд и коснулся руками земли, с металлических ладоней полился огонь. Пламя, раскручиваемое несколькими торнадо, не разбирая правых и виноватых, вгрызлось в камень и поглотило остатки строения.
Из-за сопок, разрывая толстыми боками дымную пелену, показалось несколько десантных транспортов, вокруг которых кружили рои истребителей и беспилотников, служащих своеобразными минными тральщиками.
Только-только кашалотовые туши пересекли рукотворный каньон, как вниз посыпались десятки биомехов, а носы махин окутались огнями ракетных залпов.
— …!!! — чей-то истеричный возглас, ворвавшийся в мозг, заставил вынырнуть из омута ярости и трясины всепоглощающей ненависти. — Нас зачистят!
"Кто? Что? Кого должны зачистить?"
Схаркнув на лобовое бронестекло кокпита густую, обильно окрашенную кровью, слюну, Седьмой потряс головой.
Топкое болото бешенства с неохотой отпускало пленника, оно звало крушить, убивать и нести возмездие. Так и хотелось сказать: "Во имя Луны!", но было не до смеха, хоть странный пафосный девиз и отозвался чем-то милым, розово-кавайным, кружевным и женским. Перед глазами пилота крутился цветной хоровод. Звёздочки, рваные кляксы и круги танцевали футуристический танец, приправленный громкими звуками, криками и давлением на ментальном фоне.
1
0
