6
0Миру не стала церемониться и пояснила до конца:
— Я снова хозяйка в школе, ты нет. Чень никто, если с этой же позиции. Когда-нибудь я буду управлять совсем другими коллективами людей. Если я оставлю это дерьмо вонять сейчас, в будущем это может вылиться в очень плохую схему: не хочу, чтобы даже моё подсознание думало, что я склонна опасаться и избегать конфликтов.
Обе титульные отлично понимали, о чём речь. Тренировки в некоторых семьях их круга не прекращались с раннего детства до седой старости, причём во всём и везде. Совершенству нет предела.
— Как ты это планируешь сделать технически? — угрюмо поинтересовалась бывшая лучшая подруга, примиряясь с ситуацией. — Это же не так просто даже технически.
— Пф-ф-ф, легче пареной морковки. Ща кончится урок — я громко объявлю, что ты под моим крылом.
— Скажу при всех, что мы с тобой помирились обратно, разобрали совместные ошибки, полностью восстановили отношения и между нами всё как раньше. Достаточно для начала?
На самом деле это была очень веская защита, по максимуму. В текущих школьных раскладах автоматически означало и поддержку от латинос плюс от Седькова.
У Хамасаки имелось подозрение, что Чень и компания буквально вчера поставили себе какие-то стенобитные расширения, на которые, теоретически, может оказаться непросто найти управу. Но на этот случай у неё имелся чит брата, о котором нельзя было упомянуть вслух именно сейчас, но который мог великолепно сжигать или отключать чужой нейропродукт на чужом же носителе или в чужих каналах даже на некоторой дистанции.
Не на огромной совсем, но в условиях школьного мордобоя на вполне достаточной.
— Если в такой формулировке сказать, для всех получится, что я с тобой ровня. — Хань упрямо искала подвох там, где его не было. — Если ты просто помиришься со мной без прилюдных условий, всё вернётся, как было. У меня появится полный иммунитет. В чём тогда твоя выгода?
— Ты дура или невнимательно слушаешь? — Миру честно постаралась, чтобы улыбка была открытой. — Во-первых, я глава школьного совета, а ты теперь нет. Ты уже не выше, если мы об официальной иерархии.
— Бля. Забыла по инерции.
— Во-вторых, если я пройду мимо и злорадно оставлю тебя выпутываться самостоятельно, какой-то части меня будет приятно, не скрою.
— Но Виктор огорчится, сказала же! Будет нервничать просто потому, что он такой вот своеобразный, — Миру покосилась на одноклассника. — Твою ситуацию в силу специфического менталитета он воспринял остро. Когда-нибудь, если я сейчас поймаю молчанку, он сможет припомнить мне и отсутствие великодушия, и недостаточное благородство, и всё тому подобное. Мне кажется, его народ просто мыслит иначе, чем мы. Нахера мне такая перспектива?
— Возможно... Похоже на правду...
