Третий день Варя искала Савелия. Вставала пораньше, доила Настю, набрасывала кормов другим животным и вставала на лыжи. Мишка до сих пор не вернулся, и потому поиски осложнялись. Отсутствие собаки стало волновать Варю: после гибели Егора Мишка не исчезал так надолго…
Она бродила по тайге дотемна и возвращалась на заимку а на следующий день начинала все сначала. К своей неудаче Варя относилась спокойно. Ей казалось, что это было своеобразным искуплением вины перед Савелием. Она беспокоилась только об одном: не покинул ли он тайгу? Не перебрался ли на другой участок? Ему же все равно, где охотиться? Нет, не все равно! Он мало живет в тайге, мало знает ее и не может уйти от тех мест, о которых узнал с ее помощью.
Варя устало опустилась на лыжи и приткнулась к дереву. Как же она сразу не подумала о ней? Ищет саго на своем участке, уверенная, что Савелий других мест не знает, а жить, ночевать ему ведь где-то необходимо… Значит, карта и дает ему все это.
Она стала вспоминать то, что там было нарисовано… Дура! Какая же она дура! Почему не сняла копию? Сейчас бы прошла по убежищам Антона и нашла бы Савелия… Стоп! И на этот раз зрительная память не подвела Варвару.
ВАРЕЧКА, Я ИДУ К ТЕБЕ!
Немного отдохнув после схватки с медведем, Савелий отыскал в тайнике Антона аптечку, обработал рану йодом, заклеил пластырем, потом прикрепил на живую нитку оторванный рукав.
— Варечка, я иду к тебе — закричал он и, сунув в рюкзак пару банок тушенки, хлеб, соль, быстро вылез наружу.
Варя довольно быстро добралась до места, обозначенного на карте-самоделке восклицательным знаком с тремя точками. Она очень волновалась и спешила изо всех сил, услышав выстрел с той стороны, куда она и направлялась.
Еще издалека Варвара увидела огромную тушу медведя, и сердце защемило от недоброго предчувствия.










