Спускаясь к тебе

Когда я думаю о его темных глазах, побуждающих меня раздеть его, мой пульс ускоряется и тепло разливается по всему телу при мысли о прикосновении его губ к моим губам – это достаточные основания для радости, что больше я никогда его не увижу. Он воплощение того, что нужно мне в этой жизни не больше, чем дырка в голове, – любовного интереса к плохому парню, очередного.

Как всегда, размышляя об идеальных кошмарных отношениях, я вспоминаю Гейба. Кэш сильно его напоминает. Самодовольный, сексуальный, полный шарма. Строптивый. Мятежный.

Сжав зубы, выползаю из-под одеяла и плетусь в ванную. Я выбрасываю Гейба из головы, не даю этому поганцу ни единого шанса еще хоть на одну секунду моей жизни.

Вылив на лицо достаточно холодной воды, чтобы почувствовать себя хотя бы наполовину человеком, неверным шагом иду на кухню. Прохожу гостиную. Роскошная дизайнерская мебель, со вкусом подобранные предметы искусства в нужных местах – все мимо сознания. Уже почти две недели, как приятельница, с которой я снимала комнату, слиняла куда-то, и мне пришлось переехать к своей богатой кузине Мариссе. Наконец я привыкла к виду роскоши, в которой обитает другая часть человечества.

«Ну, вроде того», – думаю я, останавливаясь, чтобы взглянуть на стенные часы за две тысячи долларов.

Около одиннадцати. Немного злюсь на себя за то, что проспала бо́льшую часть выходного, поэтому вхожу на кухню ворчливая и ощетинившаяся. Марисса сидит у кухонного островка, закинув длинные голые ноги одна на другую и выставив их в сторону угнездившегося на высоком стуле парня. Это зрелище не улучшает настроения.

Я мрачно смотрю на широкую, затянутую в лен спину и мощные плечи, на темно-русые волосы. Каких-то полсекунды соображаю, во что одета (мальчишеские шорты и топик на тонких бретельках) и как выгляжу (спутанные черные волосы, заспанные зеленые глаза и недосмытая косметика). Не отправиться ли обратно в свою комнату? Вопрос отпал, потому что Марисса заговорила со мной.

– Вот и ты, Спящая красавица! – Она тепло улыбается мне.

– Доброе утро, – говорю я неуверенно, хриплым голосом.

Широкие плечи, заслоняющие Мариссу, разворачиваются ко мне вместе с русой головой. Порочные темно-карие глаза Кэша заставляют замереть, останавливают дыхание.

Это Кэш, вчерашний владелец клуба.

Чувствую, как у меня отпадает челюсть и желудок проваливается куда-то под пол. Я удивлена и смущена, но больше всего меня поражает, насколько привлекательнее он выглядит при дневном свете. Втайне я надеялась, что моя реакция на Кэша прошлой ночью вызвана алкоголем вкупе с тем фактом, что я снимала с него одежду.

Очевидно, ни то ни другое не имело отношения к моим переживаниям.

– Что ты тут делаешь? – смущенно спрашиваю я и вижу, как он слегка хмурит бровь.