0
0– Оливия? – окликает меня Марисса, громко стучит в дверь и открывает ее, не дожидаясь, пока я отвечу.
Закусываю губу, чтобы не зарычать: «Вот ведьма!»
– Я здесь, – отзываюсь резким тоном.
Дверь распахивается настежь, и Марисса заходит, громко топая. На лице у нее выражение гадливости. Времени на любезности она не тратит.
– Ты сегодня вечером работаешь? Если нет, мне нужно, чтобы ты пошла с Нэшем на выставку. Ты перед ним в долгу.
Как это похоже на Мариссу: с наскока пускать в ход тяжелую артиллерию – обвинения в неблагодарности и шантаж.
Какая честь для меня – быть в родстве с самой любовницей дьявола.
Осторожно подавляя желание громко хмыкнуть, отвечаю:
– На самом деле сегодня вечером я не работаю. Правда, пойти не могу. Очень сожалею, но мне нечего надеть для исполнения таких интересных обязанностей.
Марисса отмахивается:
– Наденешь что-нибудь из моего. Уверена, голой не останешься.
Только что я слышала, как она жаловалась, что не успеет купить новое платье для этого случая, и вот уже абсолютно убеждена: меня-то можно отправить… в чем попало.
– Ну, если Нэша не заботит, как я выгляжу…
Марисса закатывается этаким тоненьким уничижительным смехом:
– Оливия, я уверена, Нэш не будет тебя пристально рассматривать.
Буду честна. Я прихожу в ярость. В ярость, черт подери! Именно в этот момент я решаюсь удивить всех, особенно Нэша. Марисса пожалеет об этом дне…
Все это происходит у меня внутри. А снаружи я мило улыбаюсь Мариссе:
– В таком случае буду счастлива пойти.
Марисса разворачивается и уходит, не сказав ни «спасибо», ни хотя бы «поцелуй меня в зад».
Слышу, как она говорит Нэшу, что я пойду, а она постарается сделать все, чтобы я выглядела презентабельно, и не могу удержаться от мысли: хорошо бы проткнуть это холодное-холодное сердце ножом для колки льда и смыться безнаказанно.
За это я могла бы получить Нобелевскую премию мира. Или, по меньшей мере, благодарственный звонок из Ватикана.
На этот раз я не забочусь о том, чтобы скрыть презрительную усмешку.
Жду, пока Оливия выйдет из спальни, и не могу отделаться от легкого чувства стыда. Мне не следует так сильно радоваться, что я проведу с ней вечер.
А я радуюсь. Отрицать это невозможно.
– Нэш! – зовет меня Оливия.
Поворачиваюсь к двери в ее комнату. С того места в гостиной, где я стою, мне видно эту дверь. Она приоткрыта, так что я слышу только голос Оливии, но ее саму не вижу.
– Обещай, что если будешь стесняться меня в этом платье, то пойдешь один. Клянусь, я не обижусь.
– Оливия, мне совершенно все равно, в чем ты…
– Обещай мне сейчас же, или я вообще не выйду.
Она упряма? Ну. Кто бы мог подумать. Но на самом деле мне это вроде нравится.
– Ладно, хорошо. Обещаю: если я подумаю, что стыжусь тебя, пойду один.
