0
0Зубы его были крепко сжаты, а в глазах читались тысячи вопросов.
Все мои опасения в ту же секунду подтвердились, и как бы мне не хотелось оттянуть этот момент, серьезного разговора было не избежать.
Ева, в силу своего возраста, не улавливала царившее в комнате напряжение. Я же ощущала его каждой своей клеткой и порой.
Перебираясь сюда по гоблинским тоннелям, я выстроила в голове наш диалог, но сейчас все мысли разбежались в разные стороны. Может, он и выглядел спокойным, но это лишь видимость, для малышки, чтобы ненароком не напугать ее. Я чувствовала внутри себя его замешательство, злость и… обиду.
— Мамаська, а папаська миня укьял у пвахова дядиньки и велнул дамой, — услышав из уст ребенка слово «папочка», я так и застыла с открытым ртом.
— Да, Ева, я, наконец, вернул тебя домой, и больше никуда не отпущу, — последние слова были, без сомнения, адресованы мне, и сказаны с такой резкостью, какой я еще ни разу от него не слышала, а брошенный в мою сторону взгляд обещал, что разговор нам предстоит не из легких, — нам сейчас с твоей мамой нужно будет кое о чем поговорить, а ты пока побудешь с Искрой, хорошо? Я отсюда чую, что она приготовила тебе что-то вкусненькое.
Малышка кивнула, и оборотень, даже не спросив меня, взяв ее на руки, вышел из комнаты, но дверь за собой не закрыл, давая знать, что очень скоро вернется, и тогда я уже так просто не отверчусь.
Поручив Еву заботам Искры и Никиты, Ангел поднимался по лестнице в ту комнату, где его ждала Есения.
Чувствуя ее волнение и страх, он пытался сдержать рвущиеся на волю злость и горечь, но ничего не получалось. Они скручивали его в бараний рог, не давая свободно дышать и мыслить.
Даже зверь внутри, еще не слыша ни одного ее довода, был всецело на ее стороне, уговаривая хозяина сдержаться и дать девочке выговорится.
Как объяснить этому идиоту, что она обманула их? Держала все это время за дураков. Словом не обмолвилась ни о дочке, ни о том, что они когда-то в прошлом были вместе. Делили одну постель. И судя по тем обрывкам воспоминаний, что нет-нет да всплывали в его голове, любили друг друга.
Тут же все стало понятно с их не заканчивающейся связью, что объединила их души после ритуала. По-другому с истинными сужеными не бывает.
Что такое должно было произойти между ними, чтобы она лишила его малышки… лишила его себя. Для такого поступка практически не существовало оправданий.
Остановившись напротив двери, он взялся за ручку. Горло сдавливало болезненным комом, и до зубовного скрежета хотелось схватить чертовку и кричать.
Увидев его, стоящего в проеме, сидевшая на кровати Сеня вздрогнула, поджала под себя ноги и прикусила нижнюю губу.
