Снайперский удар

Еще полчаса назад, в динамике боя, его внимание и разум этим самым страхом были сужены до зеленоватого свечения прицела, в который он смотрел, словно сквозь туннель, спеша выхватить очередной силуэт и нажать на спусковой крючок. Безумство ощущения приближающейся смерти выключило в нем осознанные действия, и как сейчас он понимал, стрельбу из винтовки и выдачу целеуказания гранатометчику он выполнял практически на инстинктах, заложенных в него военным училищем и в процессе всей предыдущей службы. А потом вдруг что-то щелкнуло в голове, и пришло ясное понимание, что смерть ему совершенно безразлична.

Неудержимое продвижение численно превосходящих боевиков и абсолютно реальная угроза их прорыва на элеватор не оставляли никаких сомнений в скорейшей героической гибели, и это понимание принесло ему простую и ясную мысль: зачем бояться смерти, когда она уже пришла? Этот фатализм в одно мгновение снял всю скованность и ступор, которые вот-вот грозили полностью овладеть его сознанием, и дал разуму холодный расчет, вернув способность правильно оценивать ситуацию и принимать единственно верные решения.

– Последняя, – сказал Денис, прилаживая к автоматическому гранатомету «улитку» – коробку с 29 осколочными гранатами.

– Обожди пока, – сказал Паша. – Давай-ка лучше винтовками поработаем… больше толку будет.

Разместившись на каремате, Шабалин совсем иначе, нежели полчаса назад, воспринимал свое состояние. То было, что он боролся за свою жизнь с безумной яростью зверя и стрелял, не вспоминая законы снайперского мастерства, лишь с обреченным желанием хоть немного приостановить бегущую к нему смерть.

Сейчас же, когда непосредственная угроза гибели миновала и ничто не ввергало в ступор, можно было изменить и подход к стрельбе, начав стрелять вдумчиво, расчетливо, но, конечно, все так же беспощадно.

– «Тяжелые» работают по дальним целям, остальные по раненым духам! – громко крикнул Паша с расчетом, что его услышат все его снайперы, как здесь, на позиции, так и разместившиеся в боевых порядках садыков. – Раненым целиться в голову. Как в гонг!

И секунду подумав, добавил:

– Подтверждайте свою квалификацию! По готовности – огонь!

Свет висящих на парашютах осветительных ракет позволял использовать обычные оптические прицелы, и Паша снял с винтовки «ночник», заменив его на ПСО.

Заняв удобное положение, Шабалин высмотрел ближайшего боевика, до которого было не более полутора сотен метров. Ну, вот теперь можно и пострелять «академическим» способом. Мысленно Паша прогнал пять правил снайперской стрельбы: опора на скелет, естественная точка прицеливания, расслабление, контроль дыхания и обработка спуска.