2
0— Неприятности на фабрике! Все дело в новых машинах: они не нравятся рабочим!
— А вы думали, они будут их приветствовать?
— Рабочие боятся, что машины постепенно вытеснят ручной труд, и они останутся безработными.
— Возможно, сначала так и будет, но если мы не обзаведемся машинами, то не сможем конкурировать с теми, кто установит их у себя. Мы просто-напросто вылетим в трубу, так что рабочие в любом случае потеряют работу!
— Все это неприятно!
— Все бы ничего, но рабочие выступают с угрозами. Кое-где они просто начали разбивать машины!
— Я уже слышала об этих людях: их, кажется, называют луддитами?
— Да, поскольку в самом деле существовал некий Нэд Лудд.
— Но современные луддиты не безумны: просто это напуганные безработицей люди!
— Да они просто близоруки и не могут понять, что если мы хотим процветать, обязаны идти в ногу со временем! А если мы откажемся от этого, рабочие места в любом случае исчезнут!
Вмешалась миссис Баррингтон.
— Не утомил ли Эдвард вас разговорами о своих проблемах?
Амарилис захотела узнать подробности и получила соответствующие разъяснения.
— Бедняжки, — вздохнула она, — как ужасно жить в страхе остаться без куска хлеба!
— Мы обязаны идти в ногу со временем! — настаивал на своем Эдвард.
— И что же будет? — спросила Амарилис.
— Поживем — увидим! Ясно одно — мы обязаны совершенствовать машины! Если волнения рабочих продолжатся, придется вызвать войска или принять другие серьезные меры.
Миссис Баррингтон сменила тему разговора. Она относилась к тем женщинам, которые не любят думать о неприятностях, полагая, что, если выкинуть их из головы, они исчезнут сами собой. Но я всерьез расстроилась, думая о людях, которые боялись, что машины лишат их средств к существованию.
— Говорят, что по соседству появились цыгане! — воскликнула миссис Баррингтон.
— Да, я видела, как утром они подъезжали, — подтвердила Клер. — Их кибитки тащились по дороге.
— Они не собираются здесь надолго задерживаться, — добавила Амарилис.
— С Ли, — уточнила я. — Вы помните Ли? Баррингтоны выглядели озадаченными.
— Шесть лет назад, — сказала я. — мы впервые познакомились с вами! Ли, видимо, было тогда лет четырнадцать, но я сразу же узнала ее. Мы тогда поехали в Ноттингем, чтобы выручить того цыгана, а Ли была той самой девушкой, из-за которой все началось!
— Теперь я вспомнил! — воскликнул Эдвард.
— Они сейчас спрашивают разрешения у моего отца разбить свой табор в лесу.
