2
0Я часто думала, не связан ли сын Джонатана, тоже Джонатан, живший сейчас в семействе Петтигрю, с этими делами.
Но даже занятость не помешала моему отцу отправиться в театр, так что мы провели превосходный вечер, посмотрев «Раскаяние разбойника», пьесу не совсем новую, но самую популярную из мелодрам — жанра, быстро завоевавшего сцену. Это была история о грешном разбойнике, при появлении которого зрители должны были прийти в ужас. И хотя мы посмеивались, драматургия не могла не захватить нас, еще и потому, что сопровождалась выразительной музыкой — громкой при появлении разбойника и нежной при выходах невинной героини.
После спектакля мы вернулись домой и засиделись допоздна, попивая шоколад и обсуждая невероятные хитросплетения сюжета. Мы искренне посмеивались над разбойником и легковерием героини, но признались все-таки, что спектакль доставил нам огромное удовольствие.
Следующий день был воскресным. Мы посетили церковь, а после этого отправились на прогулку в парк. Мать заявила, что на следующий день мы непременно должны решить проблему с материалом для моего платья.
В первой половине дня у нас были посетители, и мы получили приглашение на обеды в следующие дни.
— Скоро, — заявила мать, — нам пора подумать и о возвращении домой.
— Странно, — сказала я, — когда мы живем в Эверсли, то очень ждем поездки в Лондон, а оказавшись здесь, думаем о том, как приятно будет вернуться домой!
— Возможно, предвкушение удовольствия приятней самого удовольствия? — предположила Амарилис.
— Наверное, ты права, — согласилась я.
— Это говорит о том, что следует черпать наслаждение в текущих событиях!
— Амарилис, если ты столь мудра в восемнадцать лет, то к тридцати станешь просто глашатаем истины!
Утренние посетители заставили нас задержаться с походом по лавкам, и мы отправились туда только около четырех.
У меня были такие же темные волосы, как у матери, но, увы, не было ее живых синих глаз. Чтобы оттенить мои глубоко посаженные темно-карие глаза с густыми ресницами, по мнению матери, были необходимы только насыщенные яркие тона.
Мы были еще в лавке, когда туда вбежал, почти задыхаясь, молодой человек:
— Премьер-министр… застрелен! Он умер на месте… прямо в палате общин!
Выйдя на улицу, мы поняли, что новость уже успела распространиться по городу. Повсюду стояли небольшими группами люди, переговариваясь встревоженным шепотом.
