Сломанные крылья

Ты мне звони, хорошо?

Мария положила на столик около дивана Олин телефон и посмотрела на дочь с такой любовью и тревогой, что у Никиты сердце защемило.

– Оля, – сказал он, когда Мария ушла, – мы можем с тобой говорить, как раньше? Обо всем, как два человека, связанных судьбою навсегда?

– Боюсь, что нет, – четко и явно продуманно ответила Оля. – Наша судьба оказалась коварной. Все пошло не так. Я думаю сейчас только о своем ребенке и почему-то не хочу говорить об этом с тобой. А тебе, мне кажется, нужно думать о своей жене. У вас, наверное, будут дети, и тогда ты меня легко поймешь.

– Оля, – взял он ее за руку, – я женился…

– Стоп! – прервала его Оля, отобрав руку. – Тут ничего не нужно объяснять. Все совершенно естественно. Я пропала, ты думал, что меня убили, и женился на девушке, которая не виновата в том, что меня нашли.

– Все так и не так. Сейчас просто не время для подробностей. Меня интересует только одно. Ты не хочешь меня больше видеть?

– Конечно, хочу. Я тебе рада. Раньше у меня ближе тебя никого не было. Но все запуталось. Разве мы могли себе представить, что отцом моего ребенка будешь не ты?

– Девочка моя, твой ребенок – он только твой. У него нет отца. И поэтому для меня дороже его… Ладно, не буду, понял. Я просто его найду.

– Никита, у моего сына есть отец. Преступник, возможно убийца, но он есть, и я не собираюсь закрывать на это глаза.

– Выпей кофе и съешь кусочек сыра.

– Ты не хочешь со мной говорить, как прежде. Но я люблю тебя точно так же. Сильнее, чем раньше. Навсегда. Какое бы решение мы ни приняли. Если ты не хочешь, чтобы я об этом говорил, я буду молчать, только уйти совсем не смогу.

– Я верю тебе, Ники. Но мы в западне. Я боюсь, если мы будем часто встречаться, нам жизни не хватит для такого моря страданий.

Он встал на колени перед ее диваном и спрятал лицо на ее груди. В этот момент в дверь позвонили.

– Может, мама ключи забыла? Открой, пожалуйста, Никита.

Он вышел в прихожую и вернулся в Олину комнату с высокой бледной женщиной.

– Оля, познакомься. Это Надя, моя жена.

Ирина сидела у кроватки Антона и смотрела прямо перед собой. Вечером она не произнесла ни слова упрека, когда Анатолий рассказал ей о слежке, устроенной Зиной, и о том, что их тайна открыта. «Нужно подумать», – сказала Ирина, погасила настольную лампу и всю ночь не сомкнула глаз. Она до сих пор так и не решила, насколько это опасно, требует ли ее план каких-то изменений или все можно оставить в силе. Уехать на пару лет и забыть об этой девке, которая тут же утешится с другим боссом в другой фирме. Ирина вспоминала лицо Зины, выражение глаз. Способна ли она на настоящую, злобную и последовательную месть? Смазливое личико без дефектов, небольшие черные, довольно красивые глаза. Если внимательно присмотреться, чуть-чуть косят.