Сломанные крылья

Затем расстегнул тугой пояс на юбке, снял сапоги и уложил ее на полку с расстеленной постелью. Зина уже с трудом держала глаза открытыми. Он укрыл ее одеялом. Дождался, пока опустятся ресницы, и осторожно вышел, стараясь бесшумно закрыть дверь.

Зина успела провалиться в глубокий сон. Не видела, как в купе заглянула проводница. Когда поезд тронулся, вдруг проснулась, осмотрелась с недоумением, позвала: «Дима, ты здесь?» Ей никто не ответил. Она приподнялась, увидела вешалку со своим пальто и сумкой и больше ничего. Никого. Она чувствовала, как ослабели ноги и руки, но приступ страха позволил ей вскочить с места. «Это поезд. Он куда-то едет. Я одна. Сейчас сюда кто-нибудь войдет». Зину качнуло к двери, и она сумела повернуть внутренний замок. До своей полки добралась, покрытая холодной испариной. Ее качало, штормило, бросало в жар и холод. Она упала лицом в подушку и поплыла во тьму.

– Ты хотел меня видеть, Виктор? – Оля спокойно смотрела ему в лицо своими огромными голубыми глазами.

Он дрожал от волнения. Он все ночи ждал этого свидания. Она может сейчас дать ему надежду или вынести смертный приговор. Следователи ей помогают. Он покажет, куда положил ее сына. Он сделает все, чтобы они его нашли. Если только она… Что она? Как он сейчас узнает, правду она ему говорит или нет? Она не врала даже тогда, когда он мог ее убить. А сейчас… Сейчас тоже не сумеет. Он ее знает лучше, чем себя.

– Да, хотел. Они хотят, чтобы я показал им одно место. Там похоронена женщина, которая была до тебя. Она сама умерла.

– Я хочу сказать, что все зависит от тебя. От того, насколько я тебе поверю.

– И чего же ты хочешь?

– Чтобы мы нашли нашего ребенка. Чтобы ты была на суде. Чтобы ты записала сына на меня. Чтобы ты ждала меня и приезжала на свидания.

– Я предполагала, что могу это услышать. Послушай, Виктор, тебе не кажется, что ты сначала должен доказать свои намерения? Покажи место захоронения. Скажи, где мой ребенок. Тебе все зачтется, а мне будет легче решать. – Оля крепко сжала на коленях ледяные от волнения руки.

– Мне зачтется, а ты выйдешь за своего амбала и отдашь ему моего ребенка!

– Господи, опять! Мой бывший жених уже женился, а мне нужен только мой сын. Скажи сейчас, где он? Куда ты его отвез?

– Мы договорились, что сначала я покажу другое место. Ты поедешь туда?

– Да, – решительно сказала Оля, пытаясь скрыть дрожь. Этот вариант не был предусмотрен.

– Там, с той женщиной, я закопал ребенка. Я их не убивал. Просто отлучился на время, потом спустился в погреб, а она уже родила. Они были мертвыми. Может, с ней было что-то не так.

– Она родила там ребенка? Он умер? Ты их где-то зарыл? – Олино лицо стало белее стены. – Я все тебе обещаю, Виктор. Все, о чем ты говорил. Делай заявления. Извини, мне нужно выйти. Здесь нечем дышать.