7
0– Где находится клуб «Ликси»?
– Там же, на Ремонтной, почти впритык к театру.
– Заведения с такой вывеской на улице нет, – возразила я.
Коля переставил солонку, перечницу, сахарницу, он явно нервничал, поэтому не мог сидеть спокойно.
– Там есть кафе «Крошка Му» с бутербродами, в него никто не ходит, но точку не закрывают, потому что после десяти вечера она превращается в «Ликси», ночной клуб исключительно для своих. Просто войти с улицы в него нельзя, нужно иметь приглашение, или чтобы тебя привел постоянный член клуба. Там работают подпольные игровые автоматы, показывают мужской стриптиз, на втором этаже есть несколько комнат, они запираются… Ну, вы понимаете, – застрекотал стажер.
– Ясно, «Крошка Му» служит прикрытием для «Ликси», помеси борделя и игорного дома. Клиентура, полагаю, постоянная.
– В основном это хорошо обеспеченные женщины за сорок, – объяснил Николай. – Я часто видел в зале одни и те же лица, правда, и новенькие появлялись. Я теток в спальнях не обслуживал, только танцевал, а вот Шнапси туда ходил. Вы объясните Вульфу, что я ради раскрытия дела наплевал на свою репутацию, честно признался, чем в студенческие года занимался, а сейчас раскаиваюсь и сожалею о глупом поступке. Мне, честное слово, стыдно, молодой очень был, денег хотелось, а в «Ликси» хорошо зарабатывал, бабы полные плавки купюр набивали, нравился я им.
– Шнапси? – поразился Роман, услышав от меня имя. – Ржунимагу!
– Когда закончишь смеяться, поищи эту личность в Интернете, – попросила я, – уверена, у него есть сайт, аккаунты в соцсетях, где-то должна всплыть сия кличка. Он, думаю, ищет клиенток – любительниц красивых мужчин.
– Решила научить профессионала уму-разуму? – мигом надулся Бунин. – Как ты на этого Шнапси вышла?
– У девушек свои секреты, – улыбнулась я и собралась идти в лабораторию к эксперту Лене Глаголевой.
– Погоди, – остановил меня Роман, – пришел отчет Сергея Петровича, он считает, что предсмертное послание написано Обжориным. По мнению ученого, Никита Владимирович составлял текст не в машине, только что сбив человека, и не в момент острого стресса. Графолог уверяет: по почерку можно понять, в каком душевном состоянии находился автор записки. Так вот, Обжорин был спокоен. Сергей Петрович полагает, что письмо заготовлено заранее и Обжорин его переписывал с черновика.
– Так я и думала! – воскликнула я.
– Никто в офисе твоего мужа не сомневается в твоей гениальности, – съязвил Роман.
Если человек тебя терпеть не может и постоянно пытается спровоцировать на скандал, ни в коем случае нельзя идти у него на поводу. Я нежно посмотрела на Бунина.
– Рома, мне неудобно от того, что ты постоянно меня хвалишь.
