0
0И наконец, князь-маг Велисарий Рем Британик — полномочный представитель Доминиона Эльвенгард, дипломат, имеющий очень высокие связи…
Нет, даже — ОЧЕНЬ высокие связи.
Абы кого не избирают в Ареопаг Доминиона, как верно и обратное — нельзя не заиметь влияние, будучи избранным в Ареопаг. А насколько помнила Регина — князь-маг занимал место в Совете уже не менее сотни лет. И казалось бы — столь высокопоставленная личность и всего лишь обычный посланник… Но нет — это скорее говорило о том, насколько важным Империя и Доминион считают контакты с людьми в зелёном.
Регина не застала совещаний о выборе посланника к людям в зелёном — была занята на Северной границе, да и при её чине многого бы не узнала, так что довольствовалась обычными слухами сослуживцев. Впрочем, даже они рисовали поистине масштабную картину почти что натурального сражения — вся работа столичной Полевой службы была парализована почти на неделю, пока представители разных групп и родов искали компромисс, выбирая кандидатуру посланника.
Велисарий более-менее устроил всех — умелый, достаточно влиятельный, с опытом и немалыми заслугами за спиной, но выдержанный, совершенно неамбициозный и более радеющий о благополучии Империи и Доминиона, чем о чём бы то ни было ином.
Кстати, примерно по тем же причинам до сих пор не прибыл представитель от Маджарата — набольшие гномов до сих пор грызутся, кому и за какие былые заслуги доверить это ответственное место, и так уже почти полгода. В таких случаях — промедление просто-напросто безобразное.
— В первую очередь, сира, давайте завершим лишние формальности, — вежливо, но твёрдо произнёс Велисарий, доставая из складок формальной тоги небольшую бронзовую пластину, ничем не примечательную на вид и даже слегка позеленевшую.
Он положил её на стол перед Региной и отступил на шаг назад.
Та, не выражая никаких эмоций, вытащила недорогую простенькую камею из дешевых камней и поднесла к бронзе. Между ними вспыхнул свет, затем несколько раз сменил яркость и оттенок, пластина слегка завибрировала на столе, а камень нагрелся в ладони. Держи камею кто-то другой, даже под самой лучшей иллюзией, она бы уже прожгла руку до костей и скрутила лжеца приступом боли и судорог — изготовители этого артефакта не разменивались на мелочи.
— Прошу простить, сира, но мы обязаны были убедиться. Безопасность прежде всего.
Фейри заметила, что офицеры, да и сам энсиак тоже, едва заметно расслабились.
