7
0Приземление вышло жестким. По позвоночнику будто молотом ударили, но Хаджар удержал равновесие. Для мечника и практикующего его уровня это было не сложнее, чем несколько раз подпрыгнуть на одной ноге для простого смертного.
Держа равновесие, балансируя при помощи рук и бедер, Хаджар обнажил клинок. Ветер дул в лицо с такой силой, что вот-вот сорвал бы кожу. Грохот от рева призрачных зверей и гула от несущейся вниз лавины сливался в единое эхо, заглушающее даже биение собственного сердца.
Скорость все росла, сужая угол обзора. Он больше не видел, что происходило ни справа, ни слева от него. Лишь чувствовал своих подчиненных и соратников.
Многие из обезьян так и не успели добраться до защитной ледяной стены. Они остались снаружи. Одни перед лицом разбушевавшейся стихии и оседлавших ее воинов.
Хаджар взмахнул клинком, снося с плеч голову первой попавшейся обезьяны. К силе его клинка прибавилась скорость несущейся по гребням лавины ледяной доски. У них еще будет время откопать тела из-под снежных завалов. Сейчас же главной целью было выжить и убить как можно больше особей.
Взмах за взмахом клинок Хаджара находил свою цель. Он нисколько не раздумывал над тем, что бьет обезьян в спины. Те, крича и спотыкаясь, бежали от лавины в сторону ледяной стены. Та все поднималась и поднималась, пытаясь сомкнуться куполом.
Хаджар поднял в кулак и показал несколько знаков. Тут же офицеры разнесли команду по всему отряду.
“Быстрее. Вверх. Осторожно”, — вот и все, что означали эти сигналы.
Десятки обезьян, добежав до стены, начали молотить по ней лапами и дубинками, но их сородичи даже не смотрели в их сторону. Лишь на несущееся цунами из снега, льда и камней.
Вскоре крики затихли. На их место пришел оглушающий грохот от столкновения снежной массы и задрожавшей ледяной стены. Пятна синей крови — вот и все, что осталось от десятков обезьян.
Хаджар перед самым столкновением с силой оттолкнулся от ледяной доски. Выпущенным из пращи камнем взмыв в воздух, он убрал клинок в ножны.
Купол так и не успел сомкнуться, как в отверстие в его своде начали дождем сыпаться маленькие двуногие, закутанные в чужие меха и шкуры. Такими их видел предводитель обезьян.
А самым первым оказался двуногий, от которого пахло ветром и небом. Впервые грозный, не знавший равных и переживший сотню претендентов на его место предводитель испытал ощущение страха.
Когда же двуногий, падая на ряды его сородичей, обнажил свой стальной коготь, то уши предводителя пронзил протяжный крик Хозяина Неба.
С драконьим ревом Лунный Стебель выстрелил из ножен и с его жала сорвался силуэт рвущегося в бой ленточного дракона. Спиралью опускаясь с неба, он впился клыками в стоявшего на земле самца.
