11
0Время, когда даже самого ответственного дозорного может сморить на несколько минут или даже четверть часа. Связано это было с особенностями человеческого организма и восприятием времени.
Хаджар осторожно переместил все еще не растущего котенка на шкуры и поднялся. Он размял затекшую от неудобный позы шею, подпоясался, убрал меч в ножны и, взяв трубку, вышел из шатра.
Кожу тут же “лизнул” отчего-то влажный, но весьма прохладный ветер.
Где-то горели костры не спящих солдат, на утесах, в наспех сооруженных вышках, светили дозорные огни. Их далекий свет походил на лунные блики.
Хаджар запрокинул голову.
На небе сияли звезды. Мириады маленьких огненных алмазов, рассыпанных по черному небесному бархату. Холодные и невозмутимые, как блеск солнечных лучей на снежном покрове черных гор. Интересно, а в данный момент для далекой звезды лагерь Лунной армии выглядел так же?
— Генерал, — несколько сонно приветствовали его солдаты.
Они поднимались, отдавали честь и возвращались к своим делам. Что-то обсуждали, иногда пели, но зачастую просто точили мечи и вглядывались в их стальные отсветы. Такие ночи были идеальными для того, чтобы созерцать не только космические глубины, но и куда более таинственные — глубины собственной души. Особенно такие метания были заметны на лицах воинов Лидуса.
Они шли за своим генералом, проводящим их сквозь битвы и тяготы. Но шли они на чужую войну. Лидус ведь так и не объявил войну Балиуму, а они все равно пришли на эти чужие земли сражаться с сектой, о которой раньше слышали лишь легенды.
Еще меньше чем пятнадцать лет назад для Лидуса Черные Врата были светочем пути развития. Чем-то монументальным и неоспоримым в своем всемогуществе. Теперь же они не просто отправились на битву с ожившей легендой, но и смогли захватить шестой павильон.
Кто-то был этому рад. Понимал, что своими руками вершит историю. Иные метались в сомнениях из крайности в крайность.
Ситуацию усугубляли пожаром разлетевшиеся по лагерю слухи о нашествии монстров. Смогут ли они выжить, если орда окажется не простой селянской байкой? Между молотом и наковальней, со всех сторон их поджидала смерть. Либо от острых скальных клыков, от бурана и холода, от оружия сектантов или в пасти голодного зверя.
Но такова была жизнь человека, посвятившего себя пути развития. Того, кто жизни смертного, похожей на сорванный и ведомый ветром лист, предпочел жизнь, в которой с каждым шагом дыхание смерти становилось все отчетливее.
И все же миллионы людей выбирали именно путь развития. Каждый руководствовался собственными целями. Кто-то стремился к свободе, иные желали вечности, другие — силы.
Хаджар снял с плеч белый плащ и постелил его на камень на краю лагеря. Не хотелось отморозить себе что-нибудь и слечь.
