11
0С тяжелым лязгом упали куски доспехов. Эхо от падения полетело по всем проходам и вентиляции. Где-то внизу послышались крики начальника гарнизона, скрежет снимаемого со стоек оружия и топот ног по лестнице.
— У нас мало времени, дружище! — выкрикнул Неро.
Больше не было смысла таиться.
Вновь защищая спину друга, Неро принял боевую стойку и встал напротив единственной ведущей на этаж лестницы.
— Поторопись! — И Неро послал очередную “длань гиганта” в сторону разгоняемой факелами тьмы.
Послышались крики раненых, и к далекому своду взлетели рубины крови.
Хаджар развернулся к дверям и пинком ноги выбил их из петель. Его удар был сравним с ударом разъяренного бизона, так что неудивительно, что легко смялось листовое железо и разлетелся в щепы старый дуб.
Пока Неро сдерживал наступление гарнизона, Хаджар шел внутрь освещенных лампадами покоев. Богатые, в шелках, парче и бахроме, они были настолько же огромны, как комната Хаджара во дворце отца-короля.
И в центре, прислонившись к исполинской кровати, сидел в позе лотоса свирепого вида мужчина. Блестели в лунном свете шрамы, пересекавшие его лицо. Перед его ногами лежал видавший множество битв боевой молот, а вокруг невооруженному взору были заметны завихрения энергии.
Но не это все привлекало внимание Хаджара.
Помимо молота перед Лаврийским лежал алый камень. Похожий на каменное, сверкающее сердце, он вызывал смутные воспоминания. Наконец Хаджар вспомнил.
Именно такой камень “съел” Колин во время их дуэли, после чего превратился в неведомую тварь. Тварь, способную на то, на что Колин не был бы способен и через пятьдесят лет тренировок.
— Проклятье! — выругался Хаджар.
Он не хотел знать, что будет с Лаврийским, когда тот сделает прорыв благодаря этому веществу. Потому как кроме вихрей энергии мира, в его тело втягивались толстые алые жгуты, исходившие из центра каменного сердца.
— Надо бы что-то пафосное сказать…
Но вместо этого Хаджар просто поднял меч. Клинок Лунного Стебля окутал “призрачный удар”, а по покоям пронеслись хлесткие порывы ветра. Они сорвали балдахин и тяжелые шторы. Свет ночного светила залил помещение серебром, а меч обернулся клыком дракона.
Лаврийский открыл глаза.
Красные, как и камень, лежавший перед ним.
Совсем не человеческие.
Мощный порыв энергии тараном ударил в грудь Хаджару. Меч едва ли не выбило из его рук.
Оторвав от пола, Хаджара подняло в воздух и пронесло с десяток метров, пока не ударило в стену рядом с Неро. Тот уже закрыл лестницу ставшей для них привычной стеной из трупов.
Неро обернулся. Он увидел перед собой спокойно шагающего генерала. Тот покачивал в руке исполинский молот, а вокруг его тела клубилась мерцающая красная дымка.
Хаджар съехал вниз по стене и поднялся на ноги.
