Развод в 45. Я тебя не прощаю (СИ)

Что сказать… я молодец! Горжусь собой!

Да и настойка у Грома хорошая, прямо-таки отличная! Надо почаще принимать, глядишь, из памяти и сам Гриша сотрётся по итогу.

– То есть ты ещё и не уверена, что оно должно было мне прийти? – ехидничает он.

– Так я раньше никогда не подавала на развод, конечно, я не уверена. В том, насколько оперативны наши госуслуги, – фыркаю. – А звонишь-то зачем, кстати?

– Как раз затем и звоню, – отзывается без пяти минут бывший муж уже мрачно. – Раз подала на развод именно таким образом, решила, что разводиться будем мирным способом? Гром тебе мозги что ли вправил?

– А ты хочешь скандала и долгих судебных разбирательств?

Упоминание об Андрее игнорирую. А то так и тянет съязвить о том, как он и впрямь старался этой ночью, избавляя меня от дурных мыслей о неверном супруге. Останавливает только, что я таким образом друга подставлю.

– Это ты вчера закатила истерику с обещанием доказать свои права через суд, а не я, – усмехается он с явной неприязнью. – Сына против меня настроила даже.

Всё моё мнимое спокойствие резко испаряется, но я глубже вдыхаю в себя пропитанный бензином воздух и отвечаю максимально нейтрально:

– Сына ты настроил против себя своим поступком, не надо перекидывать на меня свои косяки.

– Подать эту информацию можно было по-разному. Но ты выбрала именно тот способ и то время, чтобы сына накрутить по-полной. И сделала это нарочно. Назло мне.

– Ты слишком высокого о себе мнения, Судаков, – отзываюсь сухо. – Твой сын не дурак и не маленький мальчик, которому можно что-то внушить и настроить против кого-то. Его выбор – только его. Уже очень давно. Да и объяснять ему не пришлось. Он услышал нашу ссору и сам сделал все нужные выводы.

– Ничего из этого не отменяет твои собственные заслуги, Лида. Пытаешься выставить меня плохим, а сама та ещё лицемерка и эгоистка, – отвечает ядовито неверный муж. – Если бы ты не открывала вчера свой поганый рот, то и сын ничего не услышал бы. Но нет, тебе ж неймётся. Всё должно быть только так, как ты хочешь.

Я на это только глаза закатываю. Григорий никогда не любил признавать свои ошибки, но в этот раз превзошёл самого себя. Это же надо, даже в отношении собственного сына не способен поумерить гордыню. Но я решаю не углубляться в проблему. Вместо этого возвращаюсь к разводу.

– Считай, как хочешь, мне уже всё равно. Отдай мне половину земли, причитающуюся мне по праву, и разойдёмся по разные стороны. Дом, машины и прочее можешь, так и быть, себе оставить. Я не буду на них претендовать.

– После того, как мелочно и лицемерно ты сама поступила, испортив мои отношения с Тимуром? Даже не надейся, что я опять буду прогибаться под тебя. Тем более ещё и в этом.