5
0Рука Грома тут же приобнимает меня за талию, притягивая к себе для удобства, и я очень стараюсь не сильно краснеть под любопытным взглядом Майи и остальных. Слава богу, эта егоза на этот раз держит язык за зубами. Правда, хватает её тоже ненадолго. Стоит только нам оказаться в салоне авто Грома, как тут же набрасывается с расспросами. И кто бы сомневался, что первым станет самый неудобный из всех.
– А вы теперь официально вместе, да?
– Вот Гришка лопнет от злости, когда узнает, – тянет она следом, чуть ли не пританцовывая на заднем сидении.
О том, насколько в моей жизни всё плохо, Майя понимает ещё вчера, из сплетен моих сотрудников. Только вместо того, чтобы сочувствовать, наоборот, неожиданно радуется за меня. Да что уж там, даже их с Громом мама и та оттаивает, узнав о произошедшем. Лишь бы тоже не решила, что мы теперь с её сыном вместе…
В общем, молчу я от греха подальше.
Гром почему-то тоже.
Но Майе наши ответы и не нужны. Она и сама отлично с этим справляется.
– Как же хочется увидеть его лицо в этот момент…
А вот я не хочу. Совсем не хочу. Ни лицо, ни любые другие части его тела не желаю видеть больше никогда. Искренне надеюсь, что позавчера была наша последняя встреча.
– Эй, ты чего загрустила? – заметила девушка изменения во мне. – Подумаешь, мудак изменил. Да и чёрт с ним! Уверена, он ещё пожалеет о своём выборе.
Я по-прежнему молчу.
Пожалеет или нет, это уже не важно. Вообще не желаю о нём вспоминать.
– С чего ты взяла, что Лида загрузилась именно этим? – угрюмо замечает Гром.
С тех пор, как автомобиль набрал скорость, на нас не смотрит больше.
– А чем же ещё? Если бы мне мой Серёжка изменил, я бы тоже грузилась. Хотя нет. Я бы его сперва убила, а потом бы грузилась, где тело спрятать, чтоб не посадили.
– Зачем грузиться такой ерундой, если всегда можно просто позвонить старшему брату? – усмехается Гром.
– Вот! И я о том же! – радостно выдаёт Майя, не менее радостно подаваясь вперёд и обнимая его вместе с водительским сиденьем.
И я не могу не улыбнуться на их семейную идиллию.
– Смотри-смотри, улыбается, – громко шепчет девушка Грому, явно желая подразнить меня.
Её брат тоже недалеко уходит в этом деле.
– Спугнёшь ведь, доболтаешься. Она, знаешь, какая пугливая? Особенно в последнее время, – отзывается в тон ей.
– Кто? Лида-то? – одаривает меня скептическим взглядом. – Даже боюсь спрашивать в таком случае, что ты такое творишь, братик, что она тебя пугаться начала, – хмыкает.
– Вот и не спрашивай тогда, – усмехается он.
Майя на это ему только язык показывает и усаживается ровнее.
– А напомни-ка мне, на кой ты вообще припёрлась в такую рань и опять мешаешь мне жить, мелкая заноза? – тут же реагирует он, изобразив притворно грозный вид.
