6
0Я останусь здесь. И… у меня будет много дел. Мне же нужно влиться в твой мир, сориентироваться в происходящем, использовать эту возможность правильно и не сдрейфить…
— Ты не сдрейфишь, — грустно усмехнулся он. — Кофе будешь?
— Да. А еще я бы поела…
— Черт, я… — он смущенно провел по волосам, — совсем забыл, как ухаживать за женщиной.
Но быстро вспомнил. Потому что через полчаса на столе ждала горячая пицца, несколько салатов на выбор и бутылка вина. Безалкогольного. Чему я смущенно улыбнулась.
— Я произвела на тебя впечатление в тот вечер с бурбоном?
Я с удовольствием впилась зубами в пиццу и запила ее вполне себе недурным вином.
— Круто, — похвалила я. — Будто настоящее.
— Рад, что тебе нравится.
— Нужно будет капельницу тебе сделать очередную, — глянула я на часы.
Он глубоко вздохнул, устало улыбаясь:
Он выглядел растеряно, и это было непривычно. Я облизала губы и протерла их салфеткой, решаясь на вопрос.
— А можно спросить, чем ваша встреча с Азизовым сегодня закончилась?
— Ты об ординаторе переживаешь?
— Да. Но ты меня тоже беспокоишь. Не думаешь уйти все же из этой клиники?
— Думаю, — кивнул он. — Но это будет непросто. Отпускать меня там никто не собирается.
— Ну, то есть, если удастся расторгнуть договор раньше, ты сразу уедешь…
Наши взгляды встретились.
— Скорее всего, — кивнул он и перевел взгляд на пакет на краю стола. — Таблетки, которые ты просила.
— О, супер, спасибо, — делано оживилась я и потянулась к пакету.
Он услужливо приготовил стакан воды и, глянув на экран мобильника, сообщил, что ему нужно позвонить. И только когда за ним закрылись входные двери, я почувствовала, какое невероятное напряжение сковало тело… и откинулась на спинку стула, устало прикрыв глаза.
Я зашел за дом и прижался к стенке, запрокидывая голову к небу и позволяя дождю бить в лицо. Что, черт возьми, со мной? Руки дрожали, сердце прыгало в груди, а рана на плече болела так, будто мне сто лет, и я уже вообще не регенерирую.
Когда Лара вспомнила про таблетки, меня так замкнуло, что я онемел, проваливаясь в борьбу со зверем и попытки заткнуть ему пасть. Такая стремительная привязанность к женщине и готовность идти за ней во всем пугали. Меня будто разрывало на части. В одной половине сердца болело от потери Лизы, а во второй рвалось от желания оставить Лару себе.
Только здоровым это желание не было.
Я будто сходил с ума от горя и уже бился в горячке, заливая боль всем, что сгодится — опасной работой в клинике Азизова и новой привязанностью. Но так нельзя. Я чувствую себя расколотым и сгнившим изнутри. Мне нечего дать Ларе. Зверю этого не понять. Для него все просто. Да, он скучал по Лизе. Но вот же есть Лара, так в чем проблема?
В кармане запиликала мобилка, и я направился под крышу, переставая мокнуть под дождем.
