3
0— Ты правда не понимаешь, почему? Так быстро забыл клятвы, которые мы давали в медицинском?
— Эти клятвы принадлежат людям.
— Ты пускаешь людей в расход, не моргнув и глазом. Ради денег.
— Не только я! — повысил он голос. — Весь наш мир пускает людей в расход! Что ты ликвидационные отделы не наставляешь на путь праведный?!
— Они меня не нанимали. А вот ты из них сделал поставщиков органов.
— Ты бежишь от реальности, Яр. А она — вот такая, — и он повел рукой в сторону окна. — Везде. Даже в Канаде. Но, конечно, если спрятаться в раковине, прикинуться человеком и спасать сирых и убогих людей, кажется, что ты во всем этом не участвуешь.
— У тебя всегда есть выбор, на чьей стороне работать, — процедил я. — Я свой сделал. Надеюсь, ты меня услышал.
— Она тебе нравится, Ярослав, — усмехнулся Ал. — Я тебе дал шанс. Иди и действуй.
— Вы со Львом пари что-ли заключили, кто быстрее меня выведет из себя идиотскими шутками?
Я развернулся, не став досматривать довольный оскал на его роже, и вышел за двери.
Рыжая Моль ждала у противоположной стены, делая вид, что занята чем-то в мобильном.
— Пошли, — бросил ей раздраженно.
Она последовала за мной без вопросов.
— Не надумала ничего умного? — поинтересовался я, заходя за ней в лифт.
— Вы о чем? — дерзко глянула она на меня, только я видел — Алан ее хорошо напугал сегодня.
— О моем вчерашнем предложении.
— У меня сегодня создалось впечатление, что для него уже поздно, — вдруг глухо призналась она.
— Не поздно. — Я посмотрел на нее в упор и нажал кнопку остановки движения лифта. — Последний шанс.
Она испуганно захлопала глазами, отступая от меня к стенке, и я уже подумал, что проблема решена, когда вдруг услышал тихое:
— Нет. — И чтобы я точно понял ее правильно, Моль замотала головой.
— Дура! — вырвалось у меня, и я шагнул к ней. — Ты сегодня ничего не поняла?! Ты видела клинику? Никаких идей не возникло, кто и на каких условиях тут работает?!
— Я не принимаю ваше предложение, — отрезала она.
— Ты думаешь, что сможешь со мной работать? — вкрадчиво потребовал я, наплевав на ее личное пространство. Она вжалась в стенку, а я едва не придавил ее собой, пытаясь раздавить психологически. — Не лезь сюда. Ты не сможешь, не выдержишь нагрузки! Будешь выть у меня от собственной никчемности и страха каждый день, но шанса забыть обо всем уже не будет!
Когда мои слова отзвучали в тесном пространстве, его затопило такой звенящей тишиной, что время остановилось. Моль смотрела на меня, я — не нее. И все, что я слышал сейчас — ее. Стук ее сердца, частое дыхание и запах, от которого быстро пересыхало во рту.
— Мой ответ «нет», — четко заявила она. — Надеюсь, четвертый раз повторять не нужно?
Мир спустился с паузы. Я выпрямился, посмотрев на нее сверху, и ударил по кнопке не глядя.
