Разве я могу быть счастлив без тебя

 — совсем не вовремя ее охватила дикая радость от того, что она действительно не была его частью. Не дочь, а всего лишь родственница.

Она не даже не успела почувствовать это быстрое движение, как оказалась лицом к лицу с Гарриком. Щеку тут же обожгло сильным ударом мужской ладони, отчего Ева едва сдержала слезы.

Это было именно то, что она и ожидала. Она всегда знала, чем ей грозит встреча с Гарриком. Но, теперь, ей было все равно. Он больше не сможет сломать ее. Ей есть за кого бороться и ради чего жить.

— Я не ваша дочь, — вновь прошептала Ева. Помня о том, как сильно Гаррик любит видеть боль на ее лице, она постаралась спокойно встретить его злобный взгляд.

Никогда больше она не доставит ему такого удовольствия.

— Я владел тобой очень долгое время, — засмеялся он, — И даже невольно привык к тебе. Но больше всего по тебе скучал мой кнут. Ты задолжала мне девчонка. — повторил он, еще крепче сжимая пальцы в ее волосах.

Словно зачарованная этими словами, Ева опустила взгляд на его пояс, и тут же вздрогнула от ужаса, заметив кнут. Дрожь пробежала по ее телу от страшных воспоминаний. Она не знала, хватит ли у нее сил вновь пережить подобное.

Сможет ли она не сломаться. Зажмурившись, она собралась с духом, что дать Гаррику отпор так, как сможет.

— Я ничего вам не должна, — ее голос был тихим, но очень твердым. Пусть ни на минуту не сомневается в том, что она больше не боится его. Хоть это и было не так. Только надежда на то, что Один придет совсем скоро, чтобы спасти ее, позволяла ей держаться.

— Должна, — Гаррик грубо встряхнул ее, и прорычал прямо в лицо, — И я собираюсь получить все это сполна. Один может и найдет тебя, но только мертвую.

Ева от страха забыла, как дышать. Она ни на минуту не сомневалась, что Гаррик надеется сделать так, как и сказал. Обещание в его глазах пугало до ужаса и дрожи.

По-прежнему удерживаемая Гарриком, Ева почувствовала, как он напрягся, услышав этот низкий мужской голос. Будто говоривший человек был ему знаком.

— Я думаю, тебе стоит для начала укротить ее. Уж больно норовистой она стала в руках неправильного мужчины, — Гаррик в последний раз сжал свои руки и на ее волосах, и только потому толкнул ее в сторону незнакомого мужчины, что так внезапно появился на поляне.

— Нет, — закричала Ева.

Отскочив в сторону, она едва успела увернуться от его жадных рук. Тяжело дыша, она отступала назад, с паникой наблюдая как он идет следом за ней. Теперь, она увидела его. Она не знала, как его зовут, но это лицо четко и ясно отпечаталось в ее памяти. Именно он напал на нее в комнате, когда Один едва успел спасти ее от изнасилования.

Ингрид и Гаррик рассмеялись, а мужчина зарычал от злости и еще на один шаг приблизился к ней.

— Я тоже не плохо обращаюсь с кнутом.