Пустая могила

Вместо того чтобы позволить ДЕПИК закрыть все маленькие агентства, я согласилась взять их на предстоящую зиму под защиту своей объединенной группы «Фиттис – Ротвелл». Мы обеспечим маленькие агентства дополнительными денежными и техническими средствами, дадим новых оперативников, возьмем на себя контроль над сложными операциями. Этот договор начнет действовать с конца октября и продлится до марта следующего года, после чего мы рассмотрим, насколько эффективным было это решение…

По залу пронесся долгий общий вздох. Ведь в зале не дураки сидели, всем был понятен тайный смысл слов Пенелопы.

Отныне все маленькие агентства переходили под ее контроль, нравится это кому-то или не нравится. Нетрудно было догадаться также, что следующей весной эту дьявольскую «инициативу Фиттис» признают оправдавшей надежды и узаконят навсегда.

Рядом с собой я уловила какое-то движение. Локвуд вернулся? Нет. Это была тень, промелькнувшая внутри колонны из серебряного стекла. Оглянувшись, я с отвращением увидела полупрозрачную голову Клэпхемского Мясника, прижавшуюся к стеклу и шевелившую губами. Пустыми глазницами эта тварь пялилась прямо на меня.

Я невольно вздрогнула, и тут же у меня в голове зазвучал знакомый голос черепа:

– Как такое возможно? – поежилась я.

– Привет, Люси. – Я вновь почувствовала рядом с собой движение, но на сей раз это был не Клэпхемский Мясник, которому я так приглянулась, а Локвуд. Я сразу заметила его порозовевшие щеки и выступившие на висках капельки пота. Он по-прежнему держал в руке стакан сока и спросил меня, отхлебнув из него: – Я пропустил что-нибудь важное?

Я посмотрела на Локвуда, чувствуя, как моя тревога за него сменяется раздражением, и ответила:

– Ничего существенного, если не считать всю речь Пенелопы.

А Пенелопа тем временем завершила свое выступление несколькими избитыми фразами, улыбнулась, помахала ручкой и – цок, цок, цок! – поцокала на своих каблучищах к выходу из зала. Все это происходило в полной, мертвой тишине. Следом за Пенелопой двинулись несколько крепких мужчин в серебристых куртках – ее телохранители. Пенелопа исчезла, дверь за ней закрылась, и только после этого зал ожил, заполнившие его агенты зашевелились.

Сначала послышался негромкий ропот, но он нарастал, усиливался и вскоре перерос в настоящий гвалт.

– Судя по всему, все счастливы, – мрачно заметил Локвуд.

– Ну да, как и следовало ожидать, – так же жизнерадостно откликнулась я и коротко пересказала выступление Пенелопы. – Она снова, еще сильнее закрутила гайки. Имела при этом наглость спекулировать на памяти погибших агентов. Маленьким агентствам слишком сложно избежать новых жертв, поэтому давайте работать вместе. Под крылом «Фиттис – Ротвелл», разумеется.