Проклятый дар

А можешь и никак не звать, я не обижусь. Не печалься, человек, ты здесь недолго пробудешь, отпущу я тебя.

Отпустит. Ну и на том спасибо. Лучше бы, конечно, не отпустила, а к людям вывела.

За полуоблетевшим кустарником показалась покосившаяся, по виду такая же древняя, как и сама старуха, избушка.

– Пришли, – сказала карга, и ворон с радостным карканьем взмыл в серое небо. – Это хорошо, что я тебя раньше нашла, Ставр.

– Раньше кого? – спросил он, разглядывая избушку.

– Раньше Морочи. Она бы тебя не отпустила. Она таких, как ты, по своей воле никогда не отпускает.

– А теперь отпустит? – Вот угораздило же его! Мало того что чуть на гранате не подорвался, заблудился в трех соснах, так еще повстречал эту сумасшедшую. Про Морочь какую-то постоянно твердит. Что еще за Морочь такая?.. – Бабушка, мне бы в деревню, а? – Она хоть и хлипкая совсем, такую одним пальцем перешибешь, но все ж таки лучше ее не злить, а то придется потом на этом чертовом острове зимовать. – Ты мне дорогу покажешь?

– Покажу. – Карга кивнула. – Только я тебе, Ставр, сначала кое-что другое покажу. – Сказала и поманила за собой костлявым пальцем.

Он думал, в избушку, но старуха избушку обошла, вывела к небольшому, почти идеально круглому озеру. «Наверное, карстовое, – подумалось некстати, – раз такое круглое, значит, глубокое, почти бездонное».

– Гляди! – Она мотнула седой головой в сторону от озера.

Ставр посмотрел, и волосы на голове снова зашевелились, на сей раз не от страха, а от дурного предчувствия. На невысоком пригорке недалеко от берега над землей возвышались четыре холмика. Он как-то сразу понял, что это могилы: три старые, едва заметные и одна совсем свежая, присыпанная уже обветрившимся, но еще не до конца высохшим песком.

– Поглядел? – спросила карга, и ее слепые глаза снова вроде как блеснули.

– Поглядел, – сказал Ставр мрачно. – Помер кто-то, бабуль?

– Помер. – Она кивнула. – Вот тут, – костлявый палец указал на свежую могилу, – ты лежишь, человек. Уже два дня как.

Во попал! Залетел на огонек к сумасшедшей! Может, она маньячка какая! Заманивает мужиков, а потом… хоронит. Ставр попятился, вытащил из кармана пистолет.

– Не веришь? – Ведьма вздохнула, а ворон осуждающе гаркнул. – Это хорошо, что я тебя найти успела, один день у меня только оставался. И Морочь проснулась, тумана напустила. Я уже думала, не судьба.

– Стой-стой-стой, бабка! – Ставр взмахнул пистолетом. – Ты что несешь, старая? Что несешь? Вот он я, живой и невредимый! – Свободной рукой он похлопал себя по куртке. – Видала?!

– Видала, – усмехнулась она. – Я много чего на своем веку повидала, человек. И тебя мертвого, с оторванной рукой, тоже видела. Это я тебя нашла и похоронила. Пожалела дурака, не стала диким зверям на растерзание отдавать.