Проданная

Я скользнула в образовавшуюся щель, не дождавшись, когда дверь полностью отъедет в сторону, и едва не сшибла с ног Гаар. Она ничего не спрашивала. Просто ухватила меня за руку и потащила по галерее с невероятной силой, которую я никак не могла заподозрить в этой хрупкой «стеклянной» девушке. Она втолкнула меня на узкую лестницу, наконец, остановилась и уже привычно поднесла тонкий палец к губам:

— Ш-ш-ш… — Она какое-то время молчала, прислушиваясь. — Я все слышала.

В этот миг стало одуряюще страшно, до оцепенения, но тут же, следом, пришло такое облегчение, что я не сдержала шумного выдоха. Сама я бы колебалась: насколько безопасно посветить во все это Гаар. Потому что очень страшно носить подобное внутри, без возможность разделить проблему с другом. Такая тайна точила бы, как червь. Но сейчас обстоятельства решили за меня. Я посмотрела в огромные глаза Гаар:

— И что мне теперь делать?

— Молчи! — ее голос будто обдал жаром. — Молчи, как он и велел. Всегда молчи, умоляю! Иначе управляющий без колебаний сделает все то, чем грозил. Поверь, он может. Я знаю, о чем говорю. Сохрани тебя Нмаан проверять его терпение.

Я опустила голову — эти слова будто отнимали надежду.

— Но… управляющий не сможет защитить меня от Невия.

Гаар покачала головой:

— От господина может защитить только господин. Иной управы нет. — Она тут же вскинула подбородок и даже натянуто улыбнулась: — Но, может, обойдется? Не будешь попадаться на глаза — молодой господин забудет о тебе. Пойдем в тотус, — она снова ухватила меня за руку, — а то Сильвия будет сердиться.

Я кивнула, послушно последовала за Гаар. Но я не разделяла ее хрупких надежд. Метаться между Невием и управляющим… Все равно что быть крошечным зерном между жерновами. Однажды они непременно раздавят. Чтобы уцелеть — нужно остановить мельницу.

Казалось, мое сердце билось громче моих шагов. Я торопливо шла за Сильвией, но чувствовала себя будто в горячке. Мысли путались, пульс выбивал беспощадную дробь. Пальцы заледенели, ладони стали неприятно-влажными. Мне все время казалось, что кожа от волнения пошла красными пятнами, и я стала похожа на верийку. Стала уродливой.

Слова Гаар не выходили из головы. «От господина может защитить только господин». Мне казалось, она сама не понимала, насколько была права. Но захочет ли Квинт Мателлин защитить меня? Меня, рабыню, которую он видел лишь несколько раз. Наверняка управляющий был тем человеком, кому он доверял много лет. А Невий… ублюдок — его сын, наследник. И, что бы не происходило, кровь оставалась кровью.

Я казалась себе крошечной пылинкой. Молекулой. Атомом. Частицей. Гаар была права. Тысячу раз права. Нужно делать то, что велит управляющий. Не пытаться обмануть вселенную, потому что вселенная непременно ответит.