Проданная

Тимон сказал, что он выжил вопреки здравому смыслу, что ему чудом повезло.

Невия нашли утром. В нескольких метрах над землей. Мертвым.

Я должна была бы радоваться, ликовать. Но не могла, глядя, как мучается любимый человек. И ловила себя на мысли, что если бы могла вернуть Невия к жизни — сделала бы это. Лишь бы Квинт не страдал. Но это никому не подвластно. Может, именно поэтому я позволяла себе так смело рассуждать, зная, что ничего уже не исправить.

Я встала рядом с кушеткой:

— Здравствуйте, господин Огден.

Он с усилием повернул голову:

— Я не хотел этого. Всего этого…

Я пододвинула стул, села рядом. Это было странно — мы с пауком поменялись местами.

— Как вы себя чувствуете?

Его губы дрогнули. Казалось, он вот-вот заплачет:

— Лучше моего молодого господина.

Я молчала. Что я могла сказать?

Огден посмотрел мне в лицо, с трудом поднимая голову:

— Как мне теперь жить, Лелия? Может, ты это знаешь? Как мне смотреть в глаза своему господину?

— Вы не виноваты, господин Огден.

— Я один виноват… Один. Я родился в этом доме. Я вырос здесь. Я служил так, как мог, как умел, как понимал свое служение. Я проклинаю тот день, когда позволил молодому господину купить тебя. С того дня начались все беды. Я должен был настоять, но не настоял. Я побоялся. Разгневать, оскорбить. Лелия, я трус!

Он распалялся, и датчики на приборной панели стали пищать чаще.

— Вы не трус, господин Огден, просто у вас была… своя правда. Вы заблуждались. Я благословляю тот день. Он привел меня в этот дом. Он дал мне свободу. Он дал мне то, о чем я даже не мечтала. Это был всего лишь путь.

Огден многозначительно посмотрел на меня, выкатив свои крапчатые глаза, но промолчал. Я тоже какое-то время молчала, слушая, как писк приборов замедляется. Видимо, мои слова немного успокоили его. Он даже усмехнулся. Нервно, с высоким свистящим звуком.

— Знаешь, нельзя усидеть на двух стульях — седалища не хватит. Даже такого, как у меня. Господин всегда должен быть один, как у пса. Я слишком поздно это понял.

— Может, вы и правы. Но… могу я задать вам вопрос?

Он молчал, давая понять, что внимательно слушает.

— Господин Огден, почему вы бросили меня?

— Я ждал, что ты спросишь. Я направлялся в дом господина Вария. Забрать твои документы и получить последние распоряжения. В этом доме для меня был открыт только один вход. Увы. Я оставил корвет за пару кварталов и шел пешком. За домом следили — я вполне допускал это. Я сам покупал эти корветы пару месяцев назад, знаю их до каждой царапины.