Проданная

Или нет? — Он вновь провел пальцами по щеке, вгоняя в животное оцепенение. — Я просто не могу так легкомысленно распорядиться любимой рабыней моего отца. Из глубокого уважения к нему. Я должен принять это бесценное наследство, чтобы самому понять, чем ты так пленила его.

Рука Невия легла на мое бедро, задирая платье. Пальцы впивались в кожу. От него несло дарной. Свежий едкий запах. Я трепыхалась, пытаясь вырваться, качала головой:

— Нет! Пожалуйста! Умоляю, не надо, господин!

Он на мгновение отстранился:

— Господин? Только что ты отрицала это. — Невий усмехнулся: — Шлюхи! Кто вас имеет — тот и господин!

Он дернул ворот, оголяя мою грудь, вцепился, сминая. Сейчас это казалось особой пыткой, потому что соски стали слишком чувствительными. Я визжала, боролась изо всех сил, но что я могла? Невий задрал платье до пояса, и его рука уже шарила у меня между ног. Вторгаясь, причиняя боль. Он ухватил мои запястья одной рукой, прижал к стене и смотрел, как меняется мое лицо, когда он погружал в меня палец. Я извивалась, отчаянно пытаясь освободиться, хоть и понимала, что это бесполезно. Это был инстинкт. Такой же, как чувство самосохранения. И я готова была биться до последнего, пока не охрипну, пока не кончатся силы. Если бы я могла — убила бы его, защищаясь.

Я лихорадочно смотрела по сторонам, нашаривая взглядом что-то, чем можно ударить. Справа. Если протянуть руку, можно было достать до мраморной консоли, на которой стоял лаанский светильник желтого стекла на толстой витой ножке. Сейчас мне было плевать, что я могу, действительно, убить ублюдка. Я даже хотела этого.

Мне стоило невероятных усилий перестать сопротивляться. Я обмякла в руках Невия, как кукла. Старалась смотреть в никуда, не выдать направление своего взгляда.

Он решил, что я сдалась. На какое-то время замер, отпустил мои руки и вцепился в подбородок:

— Я думал, ты глупее.

Он склонился, укусил меня за губу и втолкнул язык мне в рот. Я едва все не испортила, пытаясь отвернуться, но вовремя опомнилась и стала отвечать, чувствуя на его губах невыносимый сладковатый привкус дарны. Твердила себе, что так надо. Надо! Надо! Наконец, осмелела, вытянула руку, схватила светильник и обрушила на голову Невия со всей силы. Удар отдался в кисть.

Он рухнул тут же, обмяк в моих ногах под звон вылетевшего стекла. Я даже не понимала, дышит ли он. Стояла, закаменев, зажав светильник в руке. И только теперь в голове забилась безжалостная мысль: только что я покушалась на высокородного. Может, убила его.

Это смерть. У меня даже нет шанса.

Я просто стояла, не в силах двинуться с места. Но заметила, что Невий начал шевелиться. Я его не убила. Может, было бы правильнее добить, пока он не поднялся? Но я уже не смогу. Сейчас уже не смогу. Теперь потекли слезы. Наконец. Перед глазами плыло.