Приключения Оги Марча

Из Кливленда в Чикаго через наш город. Лучше не мог придумать? - Он покосился на Стоуни. - А ты что скажешь - откуда путь держишь?

- Это недалеко от Уилкс-Барре.

- И куда направляешься?

- В Небраску, учиться на ветеринара.

- Ну, кто лечит собак, лошадей.

- А может, крутится рядом с «фордами» и «шевроле»? Бандюга чертов! Ну а ты откуда? Где твой дом? Послушаем, - повернулся он к Волку.

- Тоже в Пенсильвании.

- Рядом со Скрантоном. В небольшом поселке.

- Насколько небольшом?

- Жителей пятьсот будет.

- Ну, а название у него есть?

- Его никто не знает.

- Еще бы! Ну так что за название?

- Драмтаун.

- Глаза Волка забегали, а губы дрогнули в улыбке.

- Должно быть, ужасная дыра, раз там плодятся такие крысы, как ты. - Сержант открыл ящик стола.

- Его нет на карте - он слишком маленький.

- Ничего. Если есть название, он будет на моей карте. Здесь все есть.

- Но он еще не зарегистрирован. Пока чересчур незначителен.

- А чем там занимаются?

- Уголек рубают. Понемногу.

- Антрацит или битуминозный?

- И тот и другой, - ответил Волк, наклонив голову. Улыбка еще не сошла с его лица, но нижняя губа отвисла, обнажив десны.

- Ты из банды Фоли, дружок, - уверенно произнес сержант.

- Нет, раньше я не бывал в этом городе.

- Позови-ка Джимми, - попросил сержант одного из полицейских.

Джимми со старческой неспешностью поднялся по узкой лестнице оттуда, где находились нижние камеры. Тело его было дряблым, как у тучной пожилой женщины, на ногах - тряпичные тапочки; шерстяной, застегивающийся спереди, пуловер поддерживал отвислую грудь. Каждый вдох, казалось, отнимал у него частицу жизни. Седая голова клонилась от слабости, но ясные, проницательные глаза оживляли пожелтевшее, невыразительное лицо.

Они настолько не сочетались со всем остальным, что, казалось, не имели к старику никакого отношения и существовали сами по себе. Джимми всмотрелся в Стоуни, затем в меня, перевел взгляд на Волка и уверенно заявил:

- Ты был здесь три года назад. Обокрал мужчину и получил шесть месяцев тюрьмы. Три года исполнится в мае. Через месяц.

Ну и память у полицейского!

- Ну что, бродяга, значит из Пенсильвании? - спросил сержант.

- Я действительно отсидел шесть месяцев. Но Фоли не знаю и запчасти не крал. Вообще в машинах не разбираюсь.

Нам велели вывернуть карманы - искали ножи, спички и прочие вещи, которыми можно нанести вред.

Но мне эта процедура говорила о другом: выходит, существует возможность забрать твои вещи, а тебя убедить, что не ты хозяин своей судьбы и предметов в собственном кармане, - вот такая была у них цель. Итак, мы опустошили карманы, и нас повели вниз, мимо камер с хрустящей соломой, и заключенные вставали с коек, чтобы посмотреть на новеньких через решетки. На одной кровати я увидел раненого глухонемого - он сидел, обхватив голову, словно волхв.