Престидижитатор Сталина

Так что для начала я «взял» казенные земли от Новгорода до Твери и от Нижнего Новгорода по Волге и Каме примерно до Уфы, то есть откуда мужиков можно было перевезти на паровозах или пароходах. И вот всех этих мужиков, вместе с чадами и домочадцами, буквально за полтора месяца перевезли в мои уже деревни. Понятно, что никто им райской жизни обещать не стал, им и раньше жизнь раем не казалась. Поселили приезжих в землебитных времянках, включили мужиков и баб в сложившиеся уже рабочие бригады — и всё. В среднем получилось, что примерно на десять «старых» семей пришлось в этих деревнях по одной «временно переселенной». И этих «временных» «старики» гоняли как сидоровых коз в посевную, в сенокос, на уборочной, в свободное время они трудились на прокладке дорог или на стройках — то есть работать их заставляли по полной программе. Но и ставшие в моих деревнях обычные блага им тоже по полной доставались: кормили их от пуза, лечили если кто заболел, детишек в обязательном порядке в школы загоняли…

А когда урожай был собран и заложен в разнообразные хранилища, им, как и всем «старичкам», было выдано «материальное поощрение». В денежной и натуральной форме…

Такого ажиотажа моя «деревенская» торговля еще не знала! «Временщики» окончательно убедились, что весной их отправят обратно по домам, а цены у меня в деревенских магазинах были в разы меньше, чем у любого, даже самого захудалого, купца — так что все они старались затариться по полной программе. Прежде всего ими закупалась «мануфактура», посуда (тут первенство держали, конечно же, чугунки и сковородки чугунные), самовары и обувь. Откровенно говоря, лично меня больше всего удивило то, что обувь, причем по нынешним временам просто отличная, пользовалась наименьшим спросом. Но, вероятно, тут имела место привычка к практически бесплатным лаптям — хотя почти половина мужиков все же и сапоги приобрела. Наверное, как раз эти мужики считать где-то научились: самые дешевые (и самые хреновые «крестьянские») сапоги у любого торговца стоили не менее пяти рублей, а в деревенских магазинах «в поместьях Павлова» довольно приличные сапоги стоили максимум три рубля.

Просто у меня кожи оставалось много после выращивания разнообразного мяса, в особенности свиной кожи — из которой сапоги получались действительно так себе, но очень дешевые. Как мне сказала Алёна, у таких сапог подметка стоила дороже всего остального, потому что подметку все же делали из бычьей кожи.

В результате вышло так, что «самые худые» деревенские мужики через год жизни в моих поместьях вернулись домой, будучи уже самыми зажиточными. Причем то, что в одну деревню возвращались «временные» из разных моих деревень, доказывало, что у меня «везде жизнь одинаково райская».