Предсказанный муж

Миленькое на ней платье, даже не скажешь, что домашнее: нежно-голубого цвета, длиной по колено, скроено по фигуре, пышные юбки, узкий лиф. Чувствую, прозреет ее муж, скоро уже, а вот мой…

— В смысле, это ящерицы, змеи, оборотни или кто?

— Ох, Вера, — хихикнула жена эльфа, — ну ты даешь. Змеи, скажешь тоже. Не уверена, что их можно назвать оборотнями, но да, они двуипостасные: и люди, и ящеры.

— Насколько я помню, они держатся особняком? Тогда зачем решили появиться здесь с визитом?

— Не то чтобы особняком. Просто не видят смысла в контактах. У них в стране есть все, что нужно для жизни.

А насчет визита — это лучше у графа спросить.

— Эльза, а межрасовые браки с ними заключаются?

— Редко. Раза два-три в поколение. Смески всегда слабее чистокровных, потому драконы и ценят свою кровь, не желают разбавлять ее.

— Нет. Мой муж, например, смесок, его мать — женщина из этого княжества. Но он получил при рождении полную эльфийскую силу. А его кузен, несмотря на такой же брак, уродился почти чистокровным человеком. Здесь не угадаешь.

Ох, как же все запутано…

— Вера, кстати.

Я почему к тебе пришла. Ты не знаешь, зачем Димирию понадобились любовные романы?

Представив себе в красках супруга, спрашивающего у жены друга, где стоят подобные тексты, я рассмеялась.

— Знаю. Возможно, у нас сегодня будет брачная ночь. Если он, конечно, все сделает правильно.

К ужину граф не спустился. Видимо, тщательно готовится, решила я, так как Лориан сидел напротив и с аппетитом поедал какое-то местное блюдо ядовитого фиолетового цвета. Эльза, расположившаяся справа от мужа, следовала его примеру. Мне же есть не хотелось.

Совсем.

— Вера, ты клюёшь, как птичка, и откуда в тебе силы будут ребенка вынашивать? — ворчливо поинтересовалась приятельница.

— Никак не привыкну к вашей кухне, — пожала я плечами, — для меня блюда то пресные, то острые. Хорошо хоть солите вы в меру.

— Так прикажите готовить себе отдельно, напишите слугам рецепт, — посоветовал эльф. — Эльза права: пока вы привыкнете, может и истощение наступить.

— Да, наверное, так и сделаю, — кивнула я, думая больше о предстоящем ночном «мероприятии», чем о рецептах для повара.

Закончив ужинать, вернее, долго жевать один несчастный фрукт ярко-розового цвета, я поднялась в спальню, переоделась с помощью Литы, надела очередную длинную ночную рубашку и улеглась в постель. Рядом, на подушке, снова лежала книга, на этот раз, для разнообразия, детские сказки. В любовных романах обычно пишут о свечах, заливавших спальню ровным светом, о трепетной девственнице, страдающей от одной мысли о необходимости расстаться с невинностью, о длительном ожидании мужа или возлюбленного.