Посредники

С невозмутимой улыбкой Мотылек шагнул вперед и поднял к губам правую руку — ту самую, с серебряным кольцом, часами на ремешке и татуировкой — и шикнул на мужчину. Кассир на секунду напрягся, нахмурился, но тут же расслабился. Мотылек продолжал шипеть, и человек за кассой обмяк. Ундина и Моргана смотрели во все глаза. Держа пальцы возле губ, Мотылек шипел все тише, а кассир становился все более вялым.

Наконец Мотылек умолк и положил руку на прилавок.

Кассир улыбнулся, словно видел его первый раз в жизни.

— Ну, сэр, — сказал он. — Чем могу вам помочь?

— О, думаю, вы могли бы просто пробить нам покупку.

Ундина почувствовала, что у нее закружилась голова, и слегка оперлась о прилавок. Кассир улыбнулся и ей, и она отдернула руку.

Она не понимала, что происходит. Минуту назад кассир обозвал их динамщицами, а парня — гомиком, и вдруг такая перемена? Она посмотрела на Моргану — та стояла, закусив губу и широко распахнув глаза. Что бы сейчас ни происходило, было ясно: ей это нравится.

— Не бери в голову, юная Ундина, — сказал Мотылек, не сводя глаз с кассира. — Просто клади бутылки в пакет.

— Нет! — Она развернулась и уставилась на него.

 — Или ты мне скажешь, что происходит, или я уношу отсюда ноги. А вы… — Она повернулась к кассиру. — Почему вы вдруг передумали?

— Заткнись, Ундина, — прошептала Моргана.

— Несколько шоколадок для девушек, сэр? — ответил кассир, и его вялый голос прямо-таки излучал доброту.

— Прошу прощения, но что ты сделал с этим мужиком, Мотылек?

— Только не перебейте аппетит, — предостерег кассир Ундину, потянувшись через прилавок и кладя один «Поцелуйчик» от «Херши» перед ней, а другой — перед Морганой. — Ну же, девочки.

Это все ваше, — добавил он, пододвигая к ним шоколадки.

Ундина поняла, что разбираться с этим, что бы там ни было, ей придется на улице. Потрясенная, она взяла шоколадку и запихнула в карман. Моргана развернула свою прямо перед кассой и сунула в рот, потом причмокнула и облизнула губы.

— Так это все мое? — сказала она не то кассиру, не то Мотыльку. — Мне нравится, как это звучит.

Улыбка Мотылька превратилась в ухмылку, но он не отрывал взгляда от кассира.

— Рассмотреть это утверждение со всех сторон мы сможем позже. А сейчас, — его рука скользнула в задний карман и выудила цилиндрик свернутых и перетянутых резинкой денежных бумажек, которые он протянул Моргане, — будь хорошей девочкой и заплати человеку.

Моргана выглядела так, словно уже выпила все, что Ундина рассовывала по пластиковым пакетам. Она вкладывала для прочности один пакет в другой, стараясь сосредоточиться на практических деталях, потому что не понимала, что тут происходит, и знала одно: ей хочется поскорее выбраться из этого магазина, пока все это не взорвалось прямо у них перед носом.