Посредники

Ты что, думала, что он в тебя влюблен? Или ты просто была под кайфом?

Женский голос что-то яростно зашептал, и Мотылек нагнулся, прижимаясь к краю проема.

Нив сидела у ножки низкого стола, привязанная чем-то вроде кожаного ремня. Ее голова была опущена почти до колен и раскачивалась из стороны в сторону. Своим измененным зрением Мотылек мог различить белое платье, спереди до самого низа забрызганное чем-то более темным. Что бы ни намеревался сделать с ней Блик, понял Мотылек, по крайней мере, он попытался осуществить свои замыслы.

— Ты никогда не выйдешь отсюда, Нив, дорогуша.

 — Чья-то рука подняла лампу со стола. — Зато я — выйду.

Моргана уже почти повернулась, когда он заговорил:

— Так, значит, это тебя я унюхал.

Она дернулась, вперив взгляд в темноту, которая все еще скрывала его, и тоненько взвизгнула:

Моргана опустила лампу и продолжала вглядываться. Мотылек чувствовал запах шампуня, пота и ветшающего, скованного ужасом тела. Его антенны заработали, глаза развернулись.

И тут его накрыло. Все, чему он учился годами, стало доступно ему в одно мгновение, без лишней мысли. Моргана тут же сбивчиво забормотала в ответ.

Она еще не обрела контроля над своим даром, но, повинуясь приказу Мотылька, дар выдавал сам себя. Сначала длинный раздвоенный язык лизнул темноту, потом скрипнули когти хищной птицы. Распахнулись крылья летучей мыши, и сразу их сменила голодная грубая крысиная морда. Все хищники, все перемешанные друге другом части Морганы кричали в бессильной ярости. Вив была права: Моргана обладала способностями морфы, намного большими, чем Мотылек в ее годы, но ее дару не хватало развития и тренировки.

— Я знаю, кто ты такая, — спокойно заговорил он, перебарывая страх и отмечая про себя, что его голос стал ниже и сильнее.

Ему нравился новый тембр. — Я с самого начала знал, кто такой Блик. Просто не хотел признавать это. Вив будет счастлива услышать, чего я достиг.

Так вот каково было его предназначение. Тогда, с Бликом, он потерпел поражение. Но теперь, с Морганой, он свое наверстает.

Моргана скорчилась в темноте, ее голова тряслась.

— Нет… Это не то, что ты думаешь. Я здесь только из-за К. А. Я заблудилась. Я просто злилась…

Мотылек повис на потолке вниз головой.

Его глаза вращались в орбитах, словно для того, чтобы не терять из виду Моргану, которая смотрела на него потрясенным, исполненным ужаса взглядом. Он дрожал, да, его колотило, но он дюйм за дюймом приближался к ней. Теперь он отлично чувствовал ее запах — обливаясь потом, она сама выдавала себя. Все еще такая сладкая, подумал Мотылек. Мне никогда не поцеловать ее больше.

Он отдавал себе отчет в том, что это неправильно — Моргана имела задатки резателя, а чем занимаются резатели, ему прекрасно было известно.