0
0Эти хрустальные глаза, эти тонкие, тугие губы… Никс ускорил шаг, тряхнул головой. Если она не придет, это не его вина.
Он уже готов был шагнуть на тротуар перед баром, когда услышал шелест джинсовой ткани и за спиной у него оказалась Моргана — в джинсах, темной жилетке, кроссовках и белой бейсболке. Ее лицо было непроницаемо, и Никс мысленно задал себе вопрос: значит ли это, что она боится не меньше его?
— Ты где был? Я уже десять минут жду! — возмущенно воскликнула она, но Никс не сводил глаз с бара и не сбавлял шага.
— Держи язык за зубами. — Приказ сорвался с его губ прежде, чем он успел его осмыслить; впрочем, он знал, что это правильное решение.
— Нам туда. — Он кивнул на бар.
— В эту крысиную дыру? — фыркнула Моргана. — Мог бы предупредить, я бы хоть ботинки надела…
— Я сказал, молчи! — Никс остановился, и она едва не врезалась в него. — Слушай. Когда мы войдем в бар, иди за мной прямо в мужскую уборную, как будто мы знаем, куда идти, и, ради всего святого, не разговаривай!
Морщинки на ее губах обозначились резче. Никс внезапно ощутил, что не может выдохнуть. Наконец Моргана кивнула, и все пришло в норму.
— Отлично, — сказал Никс. — В мужском туалете есть люк в полу, который ведет в Шанхайские туннели. Ты поняла, о чем я говорю?
Моргана еще раз машинально кивнула и отвернулась.
— Если мы разделимся, — продолжал он, — ищи свет. Там будет выход. Дневной свет. Яркий. — Он пожал плечами. — Не знаю, что еще тебе сказать. Ты…
— Сама по себе? — В ее голосе слышалась утренняя хрипотца. Она усмехнулась, приподняв одну бровь. — Мы даже сексом еще не занимались, а ты уже планируешь бросить меня, сразу после завтрака.
— Что-то вроде того.
— Не беспокойся, — ровным голосом продолжала она. — Не ты один хочешь найти Нив.
Никс поймал ее взгляд — дерзкий, но полный странного спокойствия. Он отчего-то забыл или недооценил то, что не он один был… подменышем. От этого слова накатила тошнота, и он пожалел, что тут нет Ундины. То, что она не пришла, — это его вина.
— Да-да. Правильно, — ответил он.
И, словно услышав звук стартового пистолета, они оба повернулись, вспрыгнули на тротуар и стали подниматься по ступеням бара «У Денни».
Дверь под мостом, сказал Рафаэль. Ищи дверь под мостом.
«Используй ее, а не ту, что „У Денни“. Та слишком опасна».
«Резатели сейчас будут контролировать территорию».
«Все должно было происходить иначе».
Последняя фраза крутилась в мозгу Мотылька, словно заело пластинку, всю дорогу до Бернсайдского моста, пока он шел, от стылого утреннего воздуха спрятав руки в карманы.
«Все должно было происходить иначе».
Рафаэль часто повторял эту фразу, когда излагал Мотыльку и Блику теорию.
«Взять, например, „пыльцу“, — вспомнился Мотыльку давний разговор.
