Посредники

Плеер подсказал, что певицу звали Бьорк, по для Джейкоба это звучало скорее как название фирмы — производителя велосипедных покрышек. Морщась от этих визгов, он копался в альбомах, отыскивая «Блю». Пот заливал глаза, и он трижды вытер лоб, пока не был вынужден признать наконец, что не из-за пота у него мутится зрение и буквы на крошечном экранчике расплываются. Закрыв глаза, Джейкоб попытался убедить себя, что это просто злость или усталость заставляют по-стариковски дрожать пальцы, но себя ему было не обмануть. В голове стучало.

Джейкоб Клоуз никогда не молился и не верил в Бога, но теперь обратился к нему.

«Милостивый Боже, прошу, приведи мою дочь обратно. Я буду рано приходить из ресторана. Я буду каждый день говорить Нив, что люблю ее. Я скину тридцать фунтов. Я буду чаще звонить своей матери. Я буду каждую неделю жертвовать двадцать пицц в службу помощи больным СПИДом. Я все сделаю, Господи. Я изменюсь. Правда. Просто позволь мне…»

Джейкоб остановился. Он спросил себя, какого позволения просить у Господа, чего он хочет больше всего.

«Просто позволь мне пережить все это, — молился он, — и убедиться, что Нив в безопасности».

Он открыл глаза. Зрение прояснилось, но руки еще тряслись. Конечности странно покалывало — было не так чтобы больно, а скорее похоже на прикосновения слабых электрических разрядов. Когда он нагнулся, чтобы поднять косилку, перед глазами заплясали черно-желтые пятна.

Джейкоб начал спускаться с холма. Он знал, что сил у него на это нет, но разве впервой ему справляться с трудностями жизни? Что за чертовщина с ним происходит? Ему сорок девять — молодой еще мужик. Он клял себя за то, что вообще думает о своих проблемах в такое время, когда все мысли должны быть сосредоточены на дочери.

Он уже наполовину спустился со склона, когда вдруг увидел Нив — пошатываясь, она входила через заднюю калитку, почти повиснув на плече стройного темноволосого парня. Чтобы сфокусировать зрение, Джейкобу пришлось прищуриться.

Ручка косилки выпала из пальцев, все мысли о пивном животике, сползающих шортах и шуме в висках улетучились. Голова Нив свисала, как у сломанной куклы, но Никс посмотрел наверх и заметил его.

«Он пытался втащить ее через заднюю калитку», — подумал Джейкоб.

Неужели этот мелкий паршивец собирался бросить ее прямо посреди двора, чтобы она лежала там, пока кто-нибудь не проснется и не найдет ее? Подумать только, Джейкоб когда-то волновался за этого неблагодарного мальчишку-панка, дал ему работу, пытался помочь! Сбегая по склону вниз, Джейкоб сдернул наушники, покрутил в руках, не зная, куда деть, и повесил белый провод себе на шею.

Поддерживая Нив, парень пытался закрыть калитку.