1
0– Ну, что вы, фрау?! Какие брабантские стрелки? Этот полк еще в 1893 году упразднили. Даже ветераны, поди, померли все!
«Не все! Впрочем, похоже, никакие они не брабантцы. Но тогда кто?»
То же и с афаэром. Ничего нового и, тем более, определенного. Ни в архивах, ни в библиотеках. Нигде ничего. И профессура ничего путного сказать не может.
– Нет, мадам, это все. Возможно, что это даже не предмет, а концепция…
– То есть вы не знаете, профессор?
– Не знаю. Но моя тематика связана с Восточной, а не Западной Африкой. Может быть, вам обратиться к профессору Нольфу из Брюссельского Католического университета или к профессору Скиапорелли из Падуи?
Но ни к одному из этих двоих она, в конце концов, не поехала. Нольфу ее интерес будет понятен, его собственная дочь об этом позаботилась. Однако Лиза его видеть не могла. Во всяком случае, пока. А Доминик мало того что не знает ничего, так, скорее всего, потащит в постель, однако «тащиться» Лизе вдруг решительно расхотелось. Она все время вспоминала Джейкоба Паганеля. Думала о нем. Видела во сне.
«Вот же напасть! Как девка несмышленая, прямо слово! Может быть, завести себе какого-нибудь мулата? На время. Они, говорят, неутомимы, эти мулаты, и с воображением…»
Но вместо этого она позвонила в Эдинбург. Как ни странно, визитка, которую дал ей Джейкоб на прощание, сохранилась. Однако дома у Паганеля никто не отвечал, а в университете сказали, что справок по телефону не дают.
«Вот же уроды, прости господи! Ну, ничего. Я его все равно достану!»
Найти в справочнике телефон модного салона «Мэри Грант» оказалось совсем не сложно.
– Салон «Мэри Грант», – ответил из Шотландии приятный женский голос. – Чем могу быть полезна?
– Здравствуйте, – ответила Лиза по-франкски. Связь между Амстердамом и Эдинбургом была отличная, и это обнадеживало. – Я хотела бы говорить с госпожой Паганель!
– Одну минуточку! Как прикажете доложить?
«О как! Ладно! Будет вам представление!»
– Скажите, что с ней хочет говорить баронесса фон дер Браге.
– Баронесса? – голос у матери Джейкоба оказался низким, произношение – ужасным.
– Мадам Паганель, я собственно звоню по поводу вашего сына. Когда он возвращается из Африки?
– Лиза? Откуда вы?..
– Джейкоб прислал мне три письма, – объяснила Кэтрин Паганель. – Одно в июле, два других в сентябре. И во всех трех он пишет о некоей Лизе – Елизавете Браге. Я нашла ваше фото в себерском «Фасоне». Вы интересная женщина, Лиза, я понимаю своего сына. Сейчас он в Лондоне, в отеле «Эксельсиор». А где вы?
– Ну, это же рукой подать. Приезжайте, Лиза! Мы встретим Джейкоба вместе.
