Поле боя

В принципе, порядки базы ЛООС мало чем отличались от порядков тюремно-лагерных заведений, рассыпанных по всей стране. Однако недовольных этими порядками среди контингента базы не было. Добровольцы знали, на что идут, соглашаясь работать в спецзоне, тех же, кто начинал проявлять признаки недовольства или усталости, ликвидировали или зомбировали, переводя в особую команду «тающих» оперативников. Бойцы этой команды направлялись на самые опасные и трудные задания и после выполнения поставленной задачи самоликвидировались во избежание утечек информации. Таким образом, не проходило месяца, чтобы состав «тающих» не пополнялся новыми бойцами. Случаи, когда «тающие» не выполнили приказ, были очень редки и, как правило, оказывались результатами форс-мажорных обстоятельств, не зависящих от воли бойцов. Каждый такой случай анализировался, обсуждался на всех уровнях, и эксперты ЛООС меняли программы обучения солдат, чтобы в будущем такого не повторялось. Но случались и крупные «проколы» в работе легионеров ЛООС, когда ликвидаторы недооценивали противника и ошибались. Одним из таких «проколов» стала попытка ликвидации бывших военных контрразведчиков, полковника Федотова и майора Корнеева, после уничтожения секретного объекта Легиона в Жуковских лесах Брянщины нашедших пристанище на Алтае.

Начальник базы ЛООС в «тюрьме» Измайлова шеф-полковник Лысцов получил доклад о происшествии в Бийске спустя сутки после второй неудачной попытки ликвидации и немедленно вызвал к себе начальника группы наблюдения и разведки майора Кейюса и начальника экспертной группы Панасенко.

– Кто готовил алтайскую группу? – осведомился он, не приглашая их сесть, разглядывая бледные лица обоих немигающим змеиным взглядом.

– Дроздовский, – ответил Кейюс; литовец по национальности, он говорил по-русски с заметным акцентом. – Я лишь выдавал стартовые условия.

– Группа провалилась окончательно. Из десяти человек уцелели двое. Объекты оказались «под крышей», один из них вообще исчез. Точнее, находится под прикрытием какой-то мощной конторы и из поля зрения группы выпал. Вам все понятно?

– Я пошлю туда отделение разведки, – хмуро сказал майор. – И лично подготовлю «тающих» для перехвата. Дроздовского от работы отстранить?

– Переведите его в «тающие».

Полковник перевел взгляд на одутловатое, рыхлое, с мешками под глазами, лицо Панасенко. Эксперт был грузен, массивен, имел громадное брюхо, покатые плечи, мыться не любил, и от него всегда несло потом, грязным бельем и прокисшим супом. При всем при том он был профессиональным психоаналитиком и блестящим социологом, способным на оригинальные решения, прогнозы и рекомендации.