По зову совести

Пистолетная рукоять плавно переходила в толстый короткий магазин, который, как кассета, вставлялся наискосок. Дальше шло ложе сантиметров двадцать пять, ствол был утоплен в корпус, никаких выступающих элементов, батарея в массивном телескопическом прикладе. Справка в интерфейсе гласила: «Автомат Ларзах». Рэм быстренько перевел для себя название на общий язык - Прорыв. «Автомат Ларзах разработан для рейдовых команд десять лет назад в технических бюро города Арана. Скорострельность - тысяча выстрелов в минуту. Отдача средняя, подброс ствола несущественный, компенсируется компоновкой автомата. Магазины с миниатюризацией в 50% двух типов: расширенный - на сто пятьдесят пуль, и штатный - на сто. Прицельная дальность - две с половиной тысячи метров. Программируемая энергия выстрела под конкретную задачу, пуля калибра 5х30мм. Для выстрела используется энергия разгонных колец, возможна установка пси-батареи, которая заряжает пулю псиэнергией, в итоге повышенная пробивная способность. Эффект программируемый, возможны варианты. Так же автомат полностью программируется для стрельбы короткими и длинными очередями по любому удобному для стрелка интервалу. В комплект входит голографический прицел с автоматическим поиском противника. Рукоять складная, штурмовая для более твердого удержания оружия. Батарея рассчитана на семь сотен выстрелов. Штатный комплект - четыре штуки».

- Отличная игрушка, - присвистнул Рэм. - Это я обязательно оставлю себе.

Он быстро посмотрел на состояние автомата, вот тут скажем так, все было не очень хорошо. Он активно использовался довольно долго, магазинов два, оба штатные на сотню. Пси-батареи не было, а батарея, питающая разгонные кольца, доверия не внушала. Так что, нужно будет посмотреть в местных закромах, может, удастся отреставрировать. Похоже, последний владелец следил за своим оружием крайне плохо. Пистолет оказался из того же комплекса, вот только убит совсем, нечего было и думать, чтобы его восстановить, в лучшем случае местный оружейник снимет пару не совсем ушатанных запчастей. Рэм кинул его к валяющимся на кровати ружьям.

Теперь настала очередь брони. Через три минуты Булавин понял, что все это самодельное фаго годится только в продажу, даже маскировочных модулей не было. Его старый «призрак» выигрывал перед этой кучей, но вот три визора оказались классными, один правда был разбит гранатным осколком, не повезло, тот вошел точно в глаз, разбив по дороге прибор. Его и второй, который выглядел более обшарпанным, Рэм отбросил к куче на продажу, а вот третий, который был у работорговца, ввалившегося к нему через окно, он оставил себе.

Оставалась всякая мелочь - три идентификационных браслета, пачка сигарилл, какая-то наркота в таблетках.