По зову совести

Она задрала штанины, ботинки оказались высокими сапогами, прикрывающие коленные чашечки хитрой механизированной системой.

- Еще одна хорошая вещь, - заявила девушка, - правда, для тебя бесполезная - десантные бронесапоги для псиоников. Позволяют спрыгнуть с приличной высоты, погасив импульс или при хорошей сноровке запрыгнуть на высоту метров пяти, а то и больше, от силы зависит. Я так думаю, он так тут и оказался - влетел в окно.

- Ага, Карлсон гребанный.

Арана не поняла, но уточнять не стала.

- Тут ты эти сапожки без труда пристроишь. Скажу сразу, меньше чем за двадцать не отдавай. Все, пошла я, мне еще нужно свои трофеи скинуть, сумку потом заберу.

И девушка, махнув на прощание рукой, скрылась за прошитой пулями дверью.

Но не успел Рэм дотащить сумку до кровати, как дверь снова распахнулась, и в комнату без стука вошла Грая.

- Не ревнуй, уж не к ней точно, у меня полностью отсутствует интерес к девушкам младше двадцати лет.

- А я и не ревную, - соврала синта.

Рэм сделал вид, что поверил.

- Ты, я вижу, прибарахлился. Ого, какие сапожки! Жаль мимо, только для псиоников.

- Я тоже пролетаю, но штука дорогая, мы с тобой неплохо поднялись за эти несколько дней. Там еще у этого в башке какой-то имплант для управления роботом, только вот вырезать его придется профи.

Заинтересованная Грая подошла поближе и присела рядом с трупом. Внимательно изучив, она тяжко вздохнула.

- Хорошая штука. Может, уступишь его мне? Вот только много дать не смогу.

- Он твой, - легко согласился Рэм, - платы не нужно.

- Ну, тогда я забираю голову?

Рэм кивнул, прикидывая, как будет смотреться труп без головы рядом с его кроватью.

- Погоди, - он быстро раздел покойника до нижнего белья. - Придется тебе прогуляться на улицу, нечего у меня в комнате устраивать разделочный цех.

- Не вопрос, - легко согласилась синта.

Вдвоем они легко подняли тело крепыша и выкинули его в окно.

- Как вошел, так и ушел, - прокомментировал Булавин шлепок об мостовую.

Грая кивнула и выскользнула из комнаты, оставив Рэма в одиночестве.

Рэм достал сигариллу и, прикурив, подошел к окну. В небе по-прежнему бушевала электрическая буря, каждую секунду тучи окрашивались багровым.

Булавин затянулся и посмотрел вниз, там синта, уже отделив голову от толстой поросячьей шеи, и теперь держа ее за не слишком длинные курчавые волосы, непринужденно помахивая ей, шла ко входу в дом. Рэм докурил и, швырнув бычок в окно, взялся за разбор трофеев. Предстояло отложить в сторону то, что он оставит себе. Начал с оружия. Осмотрев обрез и ружье, он сходу решил продать это добро, подобными вещами он не пользовался, не его стиль. А вот автомат оказался неплох, чуть длиннее, чем тот, к которому он привык.