0
0Если он, как ты говоришь, винит себя, то тебя-то за что наказывает?
И когда она задала мне этот вопрос, четкий ответ на него сам собой возник в моей голове.
— Дэн не меня наказывает, — отозвалась я, бездумно уставившись в потолок и на мгновение забыв о конфете, таявшей в моих пальцах. — Люди, как он, требовательные к остальным, в сотни раз строже к самим себе. И он не может простить себе того, что сделал неправильный выбор. Не сумел все предусмотреть. Он себя наказывает. Конечно, если я сейчас расскажу ему о ребенке, он будет рад, но эта дыра внутри него, которую он сам в себе выгрыз, никуда не денется. И в конце концов она даст о себе знать рано или поздно. Пусть лучше поймет, что может сам себя простить и жить дальше.
Аллочка вздохнула, но к ней быстро вернулось хорошее расположение духа и она, дурачась, бросила у меня скомканный конфетный фантик.
— Кажется, теперь ты понимаешь Лазарева даже больше, чем он сам. В таком случае, будем с нетерпением ждать, пока ваши тараканы сойдутся во мнениях. Думаю, я к этому времени родить успею, — усмехнулась она, но я не разделяла ее веселья.
И этим вечером поездка на Третье озеро стала уже традиционной. Хотя я и сомневалась какое-то время, стоит ли ехать и без особой нужды бередить и без того израненную душу? Всё же не выдержала, в который раз признавшись самой себе, что у меня от Лазарева зависимость.
Кажется, я опоздала. К моменту моего появления других машин на льду не было, зато черный Лэнд уже дожидался меня на берегу. При виде прямого мужского силуэта в расстегнутом темно-синем пальто поверх привычного делового костюма, сердце непроизвольно забилось чаще. Кажется, перевязь с левой руки Лазарева уже исчезла. Начинающийся мелкий снег засыпал всё вокруг, опускаясь на волосы и плечи Дэна и я, засмотревшись, чуть не притерла правым крылом своего Лексуса ограждение из шин.
Резко выдохнув, нажала на мультируле кнопку, увеличивающую громкость звука. «Carol Of The Bells» Линдси Стирлинг в эту снежную погоду напоминала о том, что до нового года осталось меньше месяца.
В это время принято подводить итоги, и я с грустью осознала, что год назад и подумать не могла, через что мне предстоит пройти. И поняла, что ни о чем не жалею и мое счастье зависело не от этого, а от совершенно другого фактора. От того, рядом со мной Дэн или нет. Только в его присутствии я расправляла крылья за спиной и ощущала безграничную, всепоглощающую эйфорию.
Всеми силами удерживала себя от того, чтобы не смотреть на Лазарева, но Лэнд притягивал к себе мой взгляд, словно магнитом.
«Завтра не поеду» — мысленно строго запретила я сама себе, но тут же забыла о своем обещании.
Проезжая мимо берега, боковым зрением отметила, что Лазарев докурил, затушил окурок о колесо Лэнда и сел за руль.
«Уезжает.
