Пленительные наслаждения

– Вчера ночью он все-таки признал меня, – продолжала виконтесса, вытирая слезы. – Врачи говорят, что улучшение возможно, но движение в конечностях вряд ли восстановится. Но самое ужасное – он, видимо, теперь не сможет говорить! Хотя сегодня утром, когда я объясняла, что должна уехать в Лондон на один день, Терлоу все понял. Я попросила его закрыть глаза, если он меня слышит, и он закрыл. Он моргал.

Виконтесса снова зарыдала. Квил подошел к ней и неловко обнял. Она протянула свободную руку к Питеру, и тот двинулся к ней. Видя, как Китти Дьюленд льнет к двум своим сыновьям, Габби со слезами выбежала из комнаты. Ее отец и не подумал бы обнять или утешить свою дочь, хотя она всегда старалась ему угодить. Если б с ним случилось то же, что с виконтом, и он потерял речь, она, наверное, была бы только довольна. Страшные, крамольные мысли. «Конечно, я бы ухаживала за ним», – сказала она себе в оправдание, хотя знала, что это была бы просто еще одна попытка заслужить его любовь. И эта попытка провалилась бы. Никакими заботами невозможно заставить любить тебя – единственный урок, который Габби вынесла из своего детства.

Она позвонила в колокольчик.

– Мисс Фарсолтер утвердила меня вашей горничной, – радостно сообщила появившаяся через минуту Маргарет.

– Замечательно, – улыбнулась Габби. – Тогда, Бога ради, помоги мне ослабить этот адский корсет.

Девушка удивленно посмотрела на нее, но подчинилась. Когда она расшнуровала корсет настолько, чтобы Габби могла сделать глубокий вдох, возникла проблема с платьем – лиф спереди натянулся еще туже.

– У миссис Фарсолтер золотые руки, – произнесла Маргарет. – Мы попросим ее посмотреть, можно ли выпустить в швах.

– Мадам Карем уже выпустила. Ничего, Маргарет, я просто накину эту шаль. Посмотри, если вот так задрапироваться, будет совсем незаметно, что лиф мне тесноват.

– Вы уверены, мисс? А то, может, лучше немного затянуть корсет?

– Не нужно. Я почти уверена, что ленч подадут в мою комнату.

Габби рассчитывала, что, кроме Питера, никто не увидит неполадок в ее туалете.

– Мне кажется, вы обвенчаетесь в ближайшие дни, – высказала предположение Маргарет. – Хозяин совсем плох. Мистер Питер, видимо, возьмет специальную лицензию. Я не хочу показаться бестактной, мисс, – продолжила горничная, видя любопытство Габби, – но дядя мистера Кодсуолла после такого же приступа, как у виконта, протянул недолго. Семью ожидает траур.

– О, я понимаю, – пробормотала Габби. По-видимому, Маргарет хотела сказать, что во время траура не женятся, поэтому Питер будет спешить. Впрочем, в Англии столько правил, что их все равно никогда не выучишь.

Ускоренное бракосочетание по специальной лицензии почему-то не вызывало у Габби того волнения, какое могло бы вызвать еще неделю назад.