Офсайд

– Сволочь! – Лекси замахивается и бьет. Но не в полную силу. Боится, что он ответит. Джейсон снова улыбается. Он точно ненормальный.

– Еще. Давай. Не щади меня. Я тебя не пощажу, уж поверь.

– Не сомневаюсь даже, – мрачно усмехается Лекси и снова ударяет его по лицу. Он не шевелится. Красные отпечатки от ее ладоней появляются одна за другой. И она срывается, не может остановиться. Снова и снова. Хлесткий звук пощечины, как райская музыка. Ее грудь вздымается при каждом новом ударе, а губы изгибает счастливая улыбка. Она сама не понимает, в какой момент моральное удовольствие от избиения своего обидчика становится физическим. Волна возбуждения прошибает ее тело, и она потрясенно смотрит в прищуренные глаза Джейсона, в которых восторг смешан с восхищением. И пониманием…

– Не отпускай это ощущение, детка. Запомни его, – хрипло шепчет он, расстегивая рубашку. – А теперь трахни меня, малышка.

– Пошел ты, – шипит она яростно. Джейсон смеется, расстегивая брюки, ширинку. Она опять ударяет его по лицу и шипит, как дикая кошка, замахиваясь вновь.

– То, что надо, малышка.

Но на этот раз он хватает ее запястья, поднимая вверх, опрокидывает на спину, моментально оказываясь сверху, впечатывая ее в матрас своим мощным телом, в котором каждая мышца доведена до совершенства. Он не дает ей время на испуг и перезарядку. Ее эмоции вышли из-под контроля, как все ощущения и чувства. Он вскрыл в ней что-то, испортил, разрушил… И когда, раздвигая ее ноги бедром, Джейсон входит в нее одним глубоким толчком, она не кричит от боли и ужаса. С ее губ срывается стон, который ее саму приводит в ужас. А Джейсона в остервенение. С первобытным рычанием он набрасывается на нее, утоляя свой голод быстрыми глубокими толчками. Он смотрит ей в глаза, показывая, как сильна его жажда и как мощно удовольствие от ее утоления. Его губы то дрожат, то сжимаются. Взгляд затуманен сумасшедшим кайфом. Она потрясена и раздавлена этим безумием страсти, которое излучает лицо Джейсона и его тело, выбивающее воздух из ее легких. Она никогда не видела, представить не могла ничего подобного. Он сжимает ее грудь через платье, а потом рвет его к черту, забираясь голодными пальцами под лифчик, тянет сосок, потирает его подушечками пальцев, продолжая исступленно вдалбливаться в нежное девичье тело.

– Черт, Мария. Ты меня убиваешь. Давай, дай мне тебя почувствовать, – хрипит он возле ее виска, прижимаясь губами, слизывая языком капельку пота, опускает руки, сжимая ее ягодицы, поднимая, чтобы еще глубже, до самого конца. Лекси слишком растеряна, слишком сбита с толку, чтобы анализировать происходящее. Ее тело отвечает.