Никто кроме тебя. Искушение

В обычных наших и иннатских парах женщина чаще всего и не подозревает, что была беременна – всё происходит за считанные часы, она не успевает ничего почувствовать. Но Оливия…

Чёрт. Он не был к такому готов. Пусть это будет какой-нибудь банальный вирус, разгулявшийся в её ослабленном стрессом и переохлаждением организме. С этим они способны справиться.

А зачать малыша они попробуют снова позже.

– Когда она проснётся… Не говори ей пока ничего.

– Тебе решать, конечно.

Всё началось с крошечной, горящей точки где-то внизу живота. Как будто внутри тлеет уголёк.

Я несколько раз подумывала встать и разобраться, что это такое.

Но стоило вылезти из больших, опутывающих теплом рук моего громовержца, как тут же начинало трясти в ознобе.

Джордан теснее прижимал меня к своей голой, горячей груди и становилось чуть легче – я проваливалась в сон.

Каждое последующее пробуждение было мучительнее предыдущего. Жжение от уголька превратилось в настоящий пожар. Уже казалось, всё тело объято пламенем.

Джордан несколько раз носил меня в ванную. Крупная женщина средних лет повелительным тоном пыталась заставить меня съесть какую-то бурду.

Йен совершал какие-то медицинские манипуляции, смысла которых я не понимала.

Пыталась понять, о чём они говорят, но могла воспринимать лишь отдельные слова.

День и ночь сменили друг друга несколько раз, прежде чем наступило это утро – первое, без полыхающего костра в животе.

Несколько суток в горячечном бреду… Не помню даже, когда меня укладывал в постель грипп так надолго.

Джордан пошевелился сзади и легонько поцеловал в плечо. Я попыталась повернуться к нему. Но что-то мешала движениям.

На правой кисти был закреплен катетер в виде маленькой бабочки, от которого тянулась вверх прозрачная трубка.

Я проследила за ней до высокой металлической стойки, на которой был закреплен пакет.

– Доброе утро… Что это? – я подняла руку.

Большая горячая ладонь скользнула вниз и прижалась к животу.

– Физраствор. И еще кое-что, – уклончиво ответил Джордан. – Ты не хотела пить, пришлось вот так.

– Снимешь? Мне нужно… – я кивнула на дверь ванной комнаты.

Он перебрался через меня и потянулся к столику, который теперь стоял вплотную к кровати. Разорвал пакетик со спиртовой салфеткой.

– Ну ты как? – быстро вытащил иглу и зажал прокол салфеткой. – Ещё болит?

– Немного. Что со мной было, ты знаешь? Я слышала, вы с Йеном говорили про вирус.

– Он не уверен. Возможно и вирус.

Я окинула взглядом его голый торс. След от пули где? Вот он. Всего лишь маленькое пятнышко.

Я освободила руку и коснулась его груди, погладила плечо.

– Сколько времени прошло?

Я резко поднялась и села. Движение отдалось болью в висках.

– В курсе. Я с ним говорил. И с братом твоим познакомился, пока ты спала.